Автор
В гостиной королевского дома на острове Теополис, где собрались влиятельные члены корпорации морских перевозок, стоял их основатель еще в те давние времена. Он рассматривал старую фотографию с черноглазыми, темноволосыми близнецами и их светлой, как камень, матерью. Мрачная атмосфера и тайны клубнят вокруг него, напоминая о величии его корпорации и жестоких семейных схватках за власть....
Прежде Сандер редко работал дома, но с тех пор как на острове поселились Руби и мальчики, он обнаружил, что предпочитает не появляться в офисе. Чем это вызвано? Он хочет проводить время со своими сыновьями или… с Руби? Чепуха! Дурацкий вопрос.
Сандер со злостью попытался сконцентрироваться на экране компьютера, стоявшего перед ним. Сегодня днем он обнаружил, что ему трудно отвечать на письма, пришедшие по электронной почте. Потому что он думает о Руби? Если и думает, то лишь потому, что разговаривал утром с Анной, и та отметила, какая Руби хорошая мать.
«Хорошая мать и хорошая жена, — вот что она сказала. — Ты счастливый мужчина».
Анна прекрасно разбиралась в людях. Она никогда не любила его мать и защищала детей от гнева деда, насколько могла. Она искренне любила Сандера — собственно, в детстве он другой любви и не знал. Экономка всей душой полюбила Руби — женщину, которая очень похожа на его мать, о чем Анна не догадывается.
Сандер нахмурился. Для него не была секретом финансовая хватка Руби — точно такая же, как у его матери.
О чем он только думает? Он глупец, если начинает верить в ее искренность. Руби ничего не отдает ему. Лишь слабак или дурак может так думать, а Сандер не является ни тем, ни другим. Он всего лишь не может совладать со своим вожделением, и это свидетельствует о мужской слабости самого дурного толка.
Как бы Сандер ни отрицал это, суть в том, что он не мог забыть Руби. Память об их первой встрече, словно заноза, сидела в его сердце, и сидела очень глубоко. Ее нельзя было вытащить — любое неосторожное движение вызывало боль.
Сандер овладел тогда незнакомой девушкой и использовал ее, чтобы избавиться от ярости, кипевшей в его груди после ссоры с дедом. Причем он оправдывался тем, что она сама недвусмысленно предложила ему себя.
В ушах Сандера в тот вечер раздавался крик деда. Он видел, как опускается на стол его тяжелый кулак — в страшном гневе на то, что внук перечит ему…
Сандер нервно поерзал на стуле. Слишком поздно вспоминать о той последней ссоре с дедом и о том, что последовало дальше. Слишком поздно… Но прошлое не отпускало его. Оно наполнило настоящее непрошеными воспоминаниями, и он снова перенесся в Манчестер, в гостиничный номер, и смотрел, как Руби спит, прижавшись к нему.
