Автор
Зарик — мой, — кричала Белка, крутясь на месте и размахивая блондинистой копной. Ветер поднимал ее волосы в бурю, как будто усугубляя неразбериху, но не снижая жару. Хрупкая, как тростинка, она была настоящей магичкой-чистокровкой, и я всегда знала, что ее тумаки — это лишь маленький кусочек всей её силы....
Он был невиноват. Мне кажется, я знала, просто не хотела верить. Я не смогу и дальше с этим жить. Хочу, чтобы нерожденный ребенок выжил. В память о том, которой погиб в моей утробе.
— Принимается.
Рамина улыбнулась, подползла ближе, легла на шкуру с другой стороны от Беляны.
Я подобрался, настороженно посмотрел на вещающую ведьму. Она вернула мне пристальный взгляд. Ведьма ждала предложения.
— Моя жизнь в обмен на жизнь любимой девушки, — произнес без тени сомнения в голосе.
Я был готов. Моя любовь. Я тоже улыбнулся.
Ведьма вмешалась в мои мысли:
— Этого слишком мало. Ты можешь отдать часть души. И ты будешь с этим жить. Боль останется с тобой.
Я растерянно моргнул.
— Да, конечно. Всё, что угодно.
— Принимается. Жертва во имя любви. Твоя душа лишь истинной любовью излечится.
О чем вещала ведьма? Моя единственная любовь лежала рядом.
Больше ведьма на меня не смотрела, она пристально разглядывала Накера.
— Твоя кровь — их кровь.
"Дракон хотел возразить, но ведьма махнула рукой, его рот захлопнулся, а глаза расширились и полезли на лоб. Он силился возразить, но так и не сумел произнести ни слова.
На что ведьма сказала:
— Твое согласие не понадобится.
Потом она воздела руки к небу и запрокинула голову:
— Да будет так, — громогласный крик разнесло эхом по роще.
Прошелестела листва, упорхнули птицы и снова стало тихо. И солнышко продолжало светить.
Глава 30
Шаардан
В Совете драконов разразился скандал.
Господина Бореля, Малори и Стаффилда достали из-под завалов. Пока троицу конвоировали, они предприняли попытку к бегству. Не смотря на млеющее проклятье, полученное в ногу и пожирающее изнутри, отец Рамины использовал внушение на одном из сопровождающих стражей.
Попытку зафиксировали, приложили к материалам дела.
После блокировки родовых чар и оказания целительской помощи, всех троих доставили на Совет для дачи показаний.
Малори и Стаффилд оправились от ментального воздействия, но были не в состоянии давать вразумительные показании из-за спутанного сознания.
Осталось мое слово против Бореля.
У господина Бореля оказалось достаточно связей, чтобы обвинение в подготовке массового уничтожения людей заменили на превышение полномочий. Он отделался запечатыванием родовых чар, условным сроком и лишением места в Совете.
