Автор
Зарик — мой, — кричала Белка, крутясь на месте и размахивая блондинистой копной. Ветер поднимал ее волосы в бурю, как будто усугубляя неразбериху, но не снижая жару. Хрупкая, как тростинка, она была настоящей магичкой-чистокровкой, и я всегда знала, что ее тумаки — это лишь маленький кусочек всей её силы....
Когда дочка рыдала у меня на коленях, чтобы папочка не дай Магинечка не увидел и не услышал, я ее успокаивала, приговаривая, что надо радоваться, что вообще в Академию учиться отпустил.
Шаардан остался верен данному слову и прикладывал много усилий для налаживания связей с людьми. Совет разделился на несколько лагерей. С небольшим перевесом голосов удалось протащить проект Академии ДРАГОН.
Шаардан курировал постройку первой в истории смешанной Академии для людей и драконов.
Около трехсот лет необходимости в высшем учебном заведении для драконов не возникало.
"За эти годы никому не удалось отложить яиц, не смотря на пробудившийся магический фон вулкана, и сторонников у Шаардана прибавилось. Разумно мыслящие драконы понимали, что необходимо искать пары среди людей и поддерживали политический курс мужа по ассимиляции с человеческим населением.
Мы с мамой подгоняли нерасторопных слуг.
Бабушка прикорнула на стульчике в тенечке. Совсем старенькая стала, но еще держалась молодцом. Мамочка тоже хорошо выглядела в свои шестьдесят с небольшим. Но они старели, как и все обычные люди.
Временами становилось грустно наблюдать за тем, как быстро уходит их время, ведь я почти не изменилась с рождения дочери. Мы выглядели ровесницами.
Первая объявилась Ландия через колечко с портативным переходом.
— Дядь Зарик в роли нового ректора неотразим! — смеялась Ландия. — Он почему-то избавился от своей седой бороды и вечно нечёсаных паклей. Теперь отращивает нормальные русые волосы. Видела бы ты, как он вчера с Асгаром отжигал на полосе препятствий на полигоне, — Ландия округлила глаза. — Мамочка, я не знала, что наш дядя Святозар такой крутой! Ты бы видела, какое у него накачанное спортивное тело, как он лихо выкрутил тройное сальто.
За эти годы мы с Шаарданом так и не смогли растормошить друга. Зарик говорил, что ему больше не больно, и то, что боль не ушла, а просто, он научился жить с ней. Мы знакомили его с девушками молодыми и не очень, человеческими и даже с драконицами. Святозар только раздражался и отгораживался.
