В комнате полыхает огню, и свет играет на ленты драконьего клана. Генерал-донор стоит перед мной в форме боевого мага, каждый его шаг подчеркивается бешеным зеленым светом глаз — взгляд с легкой насмешкой, но сердце у него от этого становится жестче. Я страстно рассматриваю эту ведьму для генерала-донора....
Я смотрю на его издевательское выражение лица и не понимаю, как он вообще мог мне нравиться? Напыщенный, самонадеянный, эгоистичный дракон. Сейчас до жути хочется пнуть его, но я сдерживаюсь. Вместо этого выпаливаю:
— Потому что это моя жизнь. Потому что я собиралась выйти замуж за того, кого люблю, — сердце заходится так, будто я бежала.
Взгляд Сайтона темнеет, он одним плавным движением оказывается рядом. Лицом к лицу со мной. В глазах жесткость, зрачок вертикальный. Мне страшно дышать и двинуться с места.
Глава 3. Новый дом
— Ты сейчас про первого попавшегося проходимца, который предложил тебе выйти замуж? — низкий голос Сайтона проникает под кожу так, что кровь в венах леденеет. — Ты ЭТО называешь любовью?
— А ты, конечно же, эксперт в любви? — огрызаюсь я. Ведь лучшая защита — нападение.
— Может, я эксперт в женщинах? — провоцирует он. — И в трусливых негодяях.
— Вейн не такой! — восклицаю я.
Сайтон проводит пальцами по моей щеке, отчего по всему телу пробегают мурашки, и с насмешливым выражением лица возвращается на свой диван.
— Малышка Эйви продолжает верить в сказки?
Одной фразой он разбивает всю мою уверенность. Хочется сжаться в комочек, но я, наоборот, выпрямляюсь и поднимаю голову. Я не малышка. То время уже прошло.
И я обязательно найду лазейку для того, чтобы аннулировать брак. Или просто сбежать от этого невыносимого дракона.
Картинка на улице меняется, мы выезжаем из города. Сайтон три раза стучит по крыше, щелкает пальцами, и в окне все смазывается до состояния потекших красок.
Заклинание телепорта! Не могу скрыть восхищения, когда смотрю на Сайтона. Это вызывает его довольную улыбку, которая бесит. Поэтому я принципиально отвожу взгляд — еще я не восторгалась им. И так самомнение высокое.
Не проходит и получаса этого бешеного движения, как мы оказываемся на дорожке, мощенной круглыми камнями, по которым отчетливо становится слышен стук копыт лошади и шорох колес экипажа.
За окном смазанные силуэты снова приобретают четкие очертания.
— Без моего личного приказа никого не впускать и не выпускать, — выглянув из окна, командует Сайтон.
В его голосе сталь и власть. Даже я, если бы была на месте стражи, послушалась бы. Но я не на их месте. Я на месте той, кто будет искать способ сбежать отсюда.
Стража вытягивается по струнке и отдает честь.
