Только после гибели родителей никому не нужной. Просто орудием для получения власти. А сейчас что поменялось? Теперь я не орудие — я игрушка.
Несмотря на всю усталость и жуткий недосып, я себе даже нравилась в отражении. Лия была волшебницей — идеально-небрежные пряди, будто вырванные ветром из объемной косы, перехваченной золотыми лентами, так обрамляли лицо, что я выглядела свежей, будто спала сутки, а до этого проводила время с книжками в тенистой беседке в саду.
— Все! — Лия застегнула на моей груди плащ с помощью золотой броши с огромным красным рубином и аккуратно натянула на прическу капюшон. — Помни: я буду рядом.
Взгляд упал на туалетный столик, на котором одиноко мерцала свеча — единственный источник света, рассеивающий предрассветный мрак. Рядом лежала моя записная книжка. Сердце сжалось от тоски при мысли о том, что я отдам ее. Навсегда расстанусь с тем, что хоть как-то связывало меня с родителями.
Я пролистала потрепанные страницы от первой записи о том, как мы с родителями веселились на празднике Солнца, и до того злополучного ритуала. По щеке скатилась предательская слезинка. Хватит себя жалеть! Оставалось только идти дальше и думать, как выкрутиться из этой ситуации.
Госпожа Лаорра ждала меня уже у двери вместе с двумя новыми охранниками. Мирролан настолько боялся, что я сбегу, что удвоил охрану? А ведь ни у кого больше среди невест охранников не было.
Все невесты с наставницами стояли перед дверями из женской половины. Невесты все как одна в точно таких же плащах, как мой. Не различишь. Стояли молча, теребили свои плащи и нервно переминались с ноги на ногу.
Их наставницы были, как правило, пожилые леди с такими прямыми спинами, что, казалось, они проглотили зонтик, и такими пышными бедрами, будто этот зонтик внутри раскрылся.
Госпожа Лаорра сильно отличалась от них более скромной одеждой и менее пафосным видом. А еще я чувствовала от нее безмолвную поддержку. И мне было очень приятно, что именно она являлась моей наставницей. Я была безумно благодарна за такое решение Мирролану.
Когда двери открылись, мы потянулись вереницей по длинным коридорам, освещенным только свечами на стенах. Наши тени скользили по стенам, а за мной также тихо шли охранники. Почему-то мне казалось, что эти новые охранники были страшнее и опаснее, чем тот, что был накануне. Не понимаю, неужели дракон всерьез думал, что я могу сбежать? Я уже распрощалась с этой идеей.
На улице нас ждали семь абсолютно одинаковых повозок, с совершенно одинаковыми лошадями, к которым нас подвели наставницы и помогли залезть внутрь.
— Теперь никто не определит, кто из вас кто. Для всех вы одинаковы, и только оракул будет знать правду, — ответила на мой немой вопрос госпожа Лаорра.