Автор
В Ведьме Юлии Резник тонкий баланс между реальностью и мистикой создает атмосферу напряжения и надежды. Главный герой, перепуганный подозрением на свою вовлеченность в заговор, оказывается на грани выживания, когда его собственный тело начинает противиться всем лечебным мерам. Книга становится не только о судьбе человека, но и о границах человеческого возможного....
Тем временем Ксения, с улыбкой переговариваясь с продавщицей, принялась за выбор конфет. Набрав полный пакет, ведьма расплатилась и, поблагодарив продавщицу, поспешила вернуться в тепло ресторана, на ходу пересматривая недавние покупки. Она так увлеклась своим занятием, что не заметила, как налетела на мужчину. Пакет выпал из рук, яркие леденцы высыпались на снег.
Степан вскочил со своего места за столом и с бешено стучащим сердцем помчался к жене. Ничего не понимающий Игорь тоже встал, с тревогой наблюдая за событиями, разворачивающимися на улице.
— Извините, — пробормотала Ксения, собирая конфеты.
— Ты?! — выдохнул мужчина.
Ведьма резко подняла взгляд. Боров, которого она изгнала из амбулатории. Вот так встреча.
Мужчина схватил её за руку и, брызжа слюной, потребовал:
— Сними с меня свою порчу! Господом богом прошу. У меня дети маленькие… Двое. И третий на подходе. Ну, хочешь, я извинюсь перед тобой?! Хочешь, на колени стану?
Падает перед ней на колени:
— Только не изводи. Сжалься.
— Встань! — зашипела Ксения.
Женщина вырывает руку из ладони борова и отходит на шаг. А он, как привязанный, за ней на коленях ползёт и повторяет, как безумный:
— Сжалься надо мной, сжалься… Помоги.
Степан подлетает к нахмуренной жене, разворачивает волчком, прижимая к себе:
— Милая, ты в порядке? Он тебе ничего не сделал? — спрашивает дрожащим голосом, а сам, как безумный, шарит по её телу взглядом и руками, выискивая возможные повреждения.
Ксения смотрит удивленно на перепуганного мужа и не поймёт, что его так взбудоражило. А потом до неё доходит, что Степан, будучи свидетелем угроз, которые боров бросал в её адрес год назад, подумал, что ей угрожает реальная опасность. Ксения улыбнулась широко, открыто, счастливо… Прикоснулась к колючей щеке и прошептала, не обращая больше никакого внимания на скулящего “героя”:
— Ты же любишь меня до боли…
— Люблю, — подтверждает Степан голосом, подрагивающим от волнения.
Ксения запрокинула голову к звёздам и рассмеялась. Отпустило. Господи Боже, спасибо! Она действительно свободна… И сомнений больше нет.
Степан пристально следит за непонятным весельем жены. Как же он испугался, когда увидел этого мужика. Чуть сердце не остановилось.
Отсмеявшись, Ксения обняла мужа за талию и, глядя прямо в глаза, прошептала:
— Люблю тебя… Очень.
Бешено колотящееся до этого момента сердце остановилось.
