Автор
В Ведьме Юлии Резник тонкий баланс между реальностью и мистикой создает атмосферу напряжения и надежды. Главный герой, перепуганный подозрением на свою вовлеченность в заговор, оказывается на грани выживания, когда его собственный тело начинает противиться всем лечебным мерам. Книга становится не только о судьбе человека, но и о границах человеческого возможного....
И вдруг, как озарение:
— Тибетские шаманы, говорите?
— Все, что угодно, доктор, — упрямо подтверждает Игорь.
— Есть один вариант. Легенды о той женщине ходят. Она, правда, сейчас, насколько мне известно, больше на помощи нашим военным сосредоточена… Но вдруг и за ваш случай возьмется?
— Значит, женщина? — скептически.
— Угу. Ведьма.
Игорь нахмурился, обдумывая ситуацию. Ну глупость же… Самая натуральная. С другой стороны, разве не он только что соглашался на магию Вуду? Так чем один способ нетрадиционного лечения лучше другого?
— Как найти эту вашу… ведьму?
— Так тут недалеко.
— Проезжал когда-то мимо.
— А за ней по грунтовке, в сторону реки, хутор стоит небольшой. Там ее и найдете. Если опять на передок не уехала.
— Ведьма-патриот? Это что-то новенькое… — саркастически хмыкает Игорь, — имя хоть есть у этого чуда природы?
— Ксения. Спрашивайте Ксению.
— Ну, что сказал док?
Нетерпение Степана очевидно. Мужчина его темперамента и силы воли, прикованный к инвалидному креслу, просто не в силах с этим мириться.
— Есть вариант…
Степан вскидывает полные надежды глаза.
— Нетрадиционная медицина.
— Значит, совсем надежды нет? — требовательно.
— Я же говорю — есть!
— Нетрадиционная медицина? — взрывается обычно спокойный Степан. — Если врачи отправляют тебя к экстрасенсам, бабкам и шаманам, то все, Игорек, кранты! Значит, ни хрена они уже не могут!
— Подожди, Зима, не горячись.
— Ведьму? Б”””, ты серьезно вообще? Игорь! Очнись! Что ты несешь?
— У тебя есть варианты получше?! — рявкает. — Эта тетка, кем бы она ни была, творит чудеса! Я её погуглил, перед тем как к тебе идти. Ты не представляешь, что про нее пишут в сети. Она военными занимается в последнее время. И для многих из них оказалась последней надеждой. На нее натуральным образом молятся. Кстати, попасть к ней практически нереально. Очередь на годы вперед.
— Нет, Игорь. Все. Баста. Мы боролись — мы проиграли. Не хочу скатываться в сумасшествие в погоне за несбыточным.
— А что хочешь? Жалеть себя?! Сидеть в этом чертовом кресле и сетовать на судьбу-злодейку? — срывается на крик Игорь.
Степан смотрит на него из-под нахмуренных бровей и произносит как-то отстраненно:
— Зачем сидеть? Пулю в лоб, и все дела, чтобы не мучить ни себя, ни тебя.
— Что ты несешь? — яростное шипение."
"— Не хочу я так, Игорь.
