Арлет Куинн, нелюбимая дочь барона, обвиняемая в колдовстве, отдана замуж за загадочного соседа, слывущего проклятым. В новом доме её ждут тайны, магия и неожиданное чувство. Найдёт ли она любовь и своё место в мире, где её колдовская природа станет не проклятием, а силой?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Ведьма Пепельных туманов» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Арлет Куинн, нелюбимая дочь барона, обвиняемая в колдовстве, отдана замуж за загадочного соседа, слывущего проклятым. В новом доме её ждут тайны, магия и неожиданное чувство. Найдёт ли она любовь и своё место в мире, где её колдовская природа станет не проклятием, а силой?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Светлана Богдановна Шёпот Самиздат подборки серии
Арлет Куинн, нелюбимая дочь барона, обвиняемая в колдовстве, отдана замуж за загадочного соседа, слывущего проклятым. В новом доме её ждут тайны, магия и неожиданное чувство. Найдёт ли она любовь и своё место в мире, где её колдовская природа станет не проклятием, а силой?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Если позволите, то я хотела бы отправиться в свою комнату. Уже довольно поздно, милорд.
– Да, конечно, – Брайан тут же встал и подал мне руку, помогая подняться. – Я вас провожу.
Я не стала спорить, понимая, что скорее заблужусь в незнакомом замке, чем самостоятельно найду дорогу. Именно поэтому я прижала книгу к груди и последовала за выходящим из комнаты мужем.
Глава 4
«Увы, но я труслива без меры. И как бы плохо и больно мне ни было, я никогда не способна была пойти против моего мужа. Я знаю, что многие меня поймут, ведь большинство выберет свое собственное благополучие и благополучие своих детей. Может быть, существовал какой-то выход, но, признаться честно, я не пыталась никогда его отыскать, просто наблюдала со стороны, лелея свою жалость и упиваясь состраданием. Я помню, как она пришла ко мне, называя тихо так, проникновенно, мамой. Она произносила это слово вопросительно, словно испрашивая разрешение называть меня той, кто способен унять любую боль и оградить от всех печалей на свете. Я тогда покачала головой, грустно улыбаясь. Этого оказалось вполне достаточно. Я смотрела на крохотную фигурку, которая словно стала еще меньше, и молчала. А потом она развернулась и тихо ушла, оставляя меня наедине со своими мыслями и незаконченным рукоделием».
Из воспоминаний баронессы Эйны Куинн
Из-за трепетания огня комната наполнялась немного пугающими, подрагивающими тенями. Я вздохнула, оглядываясь. Раньше мне не разрешалось жечь свечи, да и камина в моей комнате не было. Вряд ли отец стал бы тратить на меня дрова. Мой день начинался с рассветом и заканчивался в тот момент, когда солнце уходило за горизонт. Именно поэтому я сейчас сидела и зачарованно наблюдала, какие причудливые картины рисуют тени."
"Давно уже пора было ложиться спать, но впечатления от вечера до сих пор будоражили. Сегодня все было необычным. Со мной впервые говорили, не опасаясь и не повышая голоса. Наверное, другая на моем месте тут же ощутила бы благодарность за доброе отношение, но я понимала, что все это даруется не просто так. Всё в этой жизни имеет цену, даже вежливое обращение и мягкие тона в голосе. Нет, я понимала, что это просто мне так не повезло и люди, вообще-то, обычно именно так друг с другом нормально и говорят. Но себя не переделаешь в одночасье. За благожелательностью и спокойствием я видела таившуюся угрозу.
Вздохнув, я нахмурилась, ощущая, как хорошее настроение скатывается вниз.
Поджав недовольно губы, мысленно отругала себя. Ну вот что мне стоило еще немного побыть в облаках, смакуя уютную атмосферу, вкусный ужин, низкий и словно обволакивающий голос?
Теперь уже и наличие свечи меня не радовала, а подрагивающие тени потеряли свою прелесть, отчего-то вдруг оскалившись, будто голодные призраки прошлого.
