В дни когда хозяин осердился на старшую дочь, ее тело словно растворилось между ступенями лестницы. Но не упала она — взмыла к нему, мягко как парящая облако. Кто бы мог подумать? Магия Пепельных туманов оживает в этих редких глазах и рукопожатии.
– С удовольствием, моя леди, – Брайан подошел ко мне сзади, подхватил за талию и, словно я ничего не весила, усадил в седло, заставив меня зардеться.
– Это было… неожиданно, – я поспешно восстановила сбившееся дыхание.
– Вы сами просили, – улыбнулся муж, взлетев в свое седло так, будто притяжение земли для него ничего не значило. Выглядело это очень красиво.
В этот момент я подумала, что никто из нас так и не заметил, когда наши руки расцепились. Просто за последние минуты мы столько раз соприкасались телами, что даже не обратили на это внимания.
– Вперед, – попросила я лошадь, с неким сожалением вспоминая о теплой ладони мужа.
Мигара тут же плавно начала бег, который все ускорялся и ускорялся, пока окружающий мир не расплылся в непонятное пятно. Я пригнулась, удивляясь, что при такой скорости ветер не так уж и силен. Чуть скосив взгляд, увидела, как рядом мчится Брайан, выглядевший сосредоточенным, но в то же время восхищенным.
В какой-то момент мне захотелось видеть не только окружающие нас туманы, и мы буквально вылетели из них в обычный мир.
Брайан тоже увидел это и вопросительно глянул на меня. Я же, пожав плечами, снова пригнулась, позволяя мигаре мчаться во весь опор. И тогда я увидела легкую дымку, окружающую нас, и почти сразу поняла, что она защищает нас от чужого взгляда, ведь мы теперь были в реальном мире.
Леса, луга, деревни, замки. Мигары мчались, увлекая нас все дальше. Ни одна лошадь не смогла бы бежать с той скоростью, с которой передвигались эти дети туманов. Восторг, чистый и искрящийся. Он пузырился в крови, заставляя улыбаться.
Правда, я понимала, что долго оставлять без воды мигаров нельзя, поэтому спустя пару часов мы повернули обратно, увлекая весь табун за собой. Эту прогулку я точно никогда не забуду. Судя по лицу Брайана, он тоже.
Глава 17"
"«Я впервые узнал о том, что проклят, в пятнадцать лет. До этого моя жизнь была хоть и не безоблачной, но вполне сносной. Я с самого раннего детства знал о своем происхождении. Поначалу я не понимал до конца, что означает слегка брезгливое слово «бастард», но потом меня охотно просветили. Ублюдок, рожденный во лжи и обмане. Поначалу я думал, что отец просто любил мою мать и как доказательство этой любви появился я.
![Обложка книги Злодейский путь!.. [том 3-4]](/uploads/posts/images/4/zlodeiskii-put-tom-3-4.jpg)
