Заглянув в зеркало, поняла, что очутилась в неизвестном дворце, где странная поездка бездействует как ни в чём не бывало. Атмосфера неправильности окутывает все вокруг, заставляя задуматься о своих местонахождении и предназначении здесь.
Меня это забавляло, но слишком далеко я не заходила. Мне совершенно не нужно было, чтобы они поняли кто я. Зачем? Меня и так всё устраивает.
Наверное, ребята были всё-таки не так осторожны, как им казалось, и кому-то такая затяжная война была на руку. Принца пытались отравить. Хорошо, я до этого, шатаясь по дворцу, услышала обрывок разговора, который меня насторожил. На следующую ночь я взяла с собой несколько склянок с зельем высшего исцеления. И это спасло принца.
— Мы кому-то мешаем, — выдал Гуннар, когда принц немного отошёл и уже не выглядел таким бледным и умирающим.
— Как и меня, — отозвался Ивар, и принц тоже качнул головой.
— Всё может быть. Я не стал бы отрицать возможность этого. Теперь у нас две проблемы. Узнать, кто именно пытался вас отравить? Вторая, как нам обезопасить себя от повторного покушения?
— Нам бы знать, откуда начать копать, — невесело буркнул. — А по поводу второго… Помните, Кеннета, сына графа Ларса. Он в академии был отличным лекарем. Может его попытаться склонить в нашу сторону?
Кеннет? Нет, я не думаю, что это хорошая идея.
Подсвечник упал, загремев. Парни вздрогнули и обернулись.
— Как думаете, это значит, нет?
— Думаю, наш друг против этой идеи, раз выказывает такое явное недовольство.
Вилфред вздохнул, потерев виски. Наверное, у него сейчас болела голова.
Гуннар посмотрел на флакон в своей руке, потом глянул на точно такие же на кровати. Кивнув, поставил пустой флакон на стол. Я его тут же забрала. А что? Вы не представляете, сколько нам с нашим стеклодувом труда составило научиться делать именно такие флаконы, аккуратные и одного размера.
