Заглянув в зеркало, поняла, что очутилась в неизвестном дворце, где странная поездка бездействует как ни в чём не бывало. Атмосфера неправильности окутывает все вокруг, заставляя задуматься о своих местонахождении и предназначении здесь.
Интересно, что делал пусть и младший, но всё-таки сын Светлого Князя эльфов на войне? Почему ему так сильно досталось? А ведь если вспомнить все ночи, в которых он мне снился, то он явно куда-то двигался. И не один. Куда шёл? На войну? Тогда почему так долго? От земель эльфов до тех мест, где бушует сейчас война не так далеко.
Я моргнула, ощущая, что просто очень сильно устала. Оказалось, что это короткое время, которое я провела, суетясь вокруг Охтарона, все соки из меня будто выжали. Глаза слипались, а тело наливалось тяжестью и усталостью.
Окинув ленивым и медленным взглядом эльфа, вздохнула. Увы, но моя кровать не предназначена для того, чтобы на ней мог разместиться кто-то вроде него, да ещё и я придачу. Да и ложится рядом не самая лучшая идея. Начать хотя бы с того, что эльф серьёзно ранен и ему сейчас крайне не желательно шевелится.
Проверив ещё раз состояние эльфа, покивала сама себе — всё просто отлично. Сегодня он точно не умрёт.
Вытащил из сундука толстое одеяло, постелила его прямо на полу.
Я лежала на боку, и смотрела в сторону кровати. Видеть эльфа из своего положения я не могла, но, даже закрыв глаза, слышала его тихое и чуть хриплое дыхание.
За окном снова начался дождь.
Вдали что-то громыхнуло. Я лениво удивилась, находясь почти на грани сна. Странно, в это время гроз нет, как и грома. Есть только бесконечный, серый дождь. Унылый и холодный. А тут что-то грохочет. И это что-то смахивает на гром.
Дрова в печи, догорая, уютно потрескивали, как и свеча, которая время от времени выбрасывала вверх несколько искорок, которые, впрочем, практически сразу гасли.
Мысли вяло шевельнулись в сторону того, как мне удалось перенести эльфа с того места, где он был сюда.
Если подумать, наши браслеты на запястьях, говорят о том, что наш такой странный союз одобрили боги. Сейчас я могла думать об этом без прежней горечи и обиды. Изменить ничего нельзя, а значит, надо искать то, что будет для меня лучше.
