– У ведьм ведь нет секретов друг от друга, лишь Верховная имеет право хранить свои тайны. Значит, ты его скрыла. Но пользуешься. Не чревато ли?
– Я тёмная, – ведьма расставляла тарелки, – и в Кругу не состою. Ушла лет пять назад – попросили как самую молодую и неопытную освободить место. Чтобы племянницу Верховной пропихнуть. Девчонка начиталась сказок о стародавних и в Ночь выбора захотела стать тёмной. А ну нас лимит: десять тёмных ведьм в Кругу, а остальные – или к наблюдателям, или на периферию, в деревню и подальше от интересных дел. Наблюдателей я в гробу видела… да и они меня – там же. И я осталась на подхвате. А ты – если проболтаешься…
– Ни-ни! – заверил душка-бармен.
А Марьяна наконец заметила подслушивающую меня, но ничего не сказала, кроме простого:
– Рад, присаживайся. Перекусим и полетим.
– Но ведь ещё светло, – я с оглядкой пробралась мимо Вовчика и села за стол.
– А мы не с крыши стартанём, – ведьма открыла пикнувшую микроволновку и достала блюдо с блинами. – А из леса. Отойдём подальше от деревни – здесь полно пустынных мест. И сумерки скоро. Володь, чего ждёшь?
Душка-бармен потащил к столу кресло.
Я покосилась на «муравья», отмечая его потрёпанный вид: красные волосы в подпалинах, майка в пыли, джинсы – в пахучих травяных пятнах и порваны на колене… амулет новый. Широкий тёмный браслет на левом запястье. И, кстати, он перестал от меня шарахаться. Сел рядом и принялся за блины, промычав «приятного…» Я невольно сжала зачарованную цепочку.
– Она зарядится, – от внимания ведьмы ничего не ускользало. – От тебя. Самостоятельно. Магии в нём с избытком – поддерживающее заклятье никуда не делось. Сутки-другие – и прежняя защита восстановится полностью. Но без нужды не используй.
Я кивнула и тоже занялась блинами. А Марьяне кусок в горло не шёл. Без аппетита сжевав один блин, она встала и засуетилась по хозяйству – заварник на стол поставила, вскипевший чайник, чашки, сахарницу, пиалку с мёдом…
– Плохо дело, – наклонившись, шепнул Вовчик, – в городе. Вишь, как нервничает…
– Могло быть и хуже, – резковато бросила ведьма. – Доедайте, – и ушла, хлопнув дверью.
Мы переглянулись и быстро закончили с ужином. Уходя, я поблагодарила за гостеприимство и колыбельную плющик, и показалось, что ему стало приятно. Он так заблагоухал, так зашуршал листочками, так крепко пожал в ответ мою протянутую руку… Нечисть, значит? Давно потерянное заклятье? Кажется, бабушка моя… непростая ведьма. Очень непростая.
Марьяна ждала, сидя на крыльце, вполоборота повернувшись к своему псу и внимательно глядя в его глаза. Они не шевелились и не издавали ни звука, но разговор между ними замечался сразу.
– Оп, и ещё одна подселённая нечисть… – Вовчик споткнулся. – Сколько их здесь?..