Кстати, никак не могу понять, как так получается, что время Приграничья совпадает и с Аляской, и с Россией, несмотря на всю разницу в этом мире. Тоже вот парадокс, и хрен его объяснишь.
Мила принесла из домика на всех кофе, раздала, мы в рядок присели на бревно, заменяющее скамейку.
— Через две недели теперь? — спросил Дюпре, отпив кофе из чашки, а попутно еще и закуривая.
Он вообще на Аляску, как мне кажется, переехал потому, что здесь в барах курить разрешают. Больше такого рая для курильщиков нигде не осталось.
— Через две. В этом же составе."
"Список на следующую поставку я уже расписал, согласовав с Платоном. Больше товара, больше оружия, больше всего. Много успели, на самом деле. Даже прикрылись от налоговиков на случай проверки — вставили в схему невадскую компанию. А штат Невада с налоговиками информацией о счетах не делится, единственный в стране.
— А совсем вернуться не думаешь?
— Пока не могу. Но думаю.
— Это хорошо. Вдвоем было бы лучше дела вести.
— А хочешь, мы тебя как-нибудь с собой возьмем? — вдруг спросил я.
— Куда? — немного обалдел Дюпре.
— Туда. — Я махнул в сторону просеки, в конце которой обычно открывалась «дверь». — Это несложно. Хочешь поохотиться на монстров? Со своей винтовкой? А? Полевые испытания будут.
— Его бы проверить сначала, вдруг чувствительность высокая? — забеспокоился Платон по-русски.
— А мы его экомагом накачаем, довезем до Форта, а там проверим, — также на русском ответил я.
— Что он говорит? — толкнул меня в бок Дюпре.
— Что это осторожно делать надо.
— А что за монстры? — спросил он даже с некоторым затаенным вожделением.
Ага, я знал что предложить. Это не на лося ходить, тут охотничий азарт даже заранее включается. А он с рождения охотится.
— В следующий раз фото покажу. Только трофеи сюда не дам протащить, лишнее это все.
Если Дюпре до сих пор нас никому не заложил, что мы из другого мира приходим и туда же уходим, то и дальше не заложит. Да и не его это стиль — закладывать. Дюпре душа простая и прямая, подлостей не ждешь. Зато будет для него приключение всей жизни.
— А когда сезон?
— Там всегда сезон, — засмеялся я. — Причем больше на тебя охотятся, чем ты на кого-то. Летом все же лучше. Но только риски надо понимать. Там вероятность погибнуть куда выше, чем здесь. Много всякого дерьма, очень много.
— Но ты же живой?
— Ну, вроде бы.
Почти живой. Но говорят, что лечится.
Он задумался. Практичность — тоже его черта. Сейчас прикидывает, насколько невыгодно будет погибнуть.
— Давай в следующий раз обсудим.
— Давай, — кивнул я.
Пусть обдумает. По мне, его даже полезно туда свозить, потому что любопытства у него хватает, постоянно расспрашивает.
— Ладно, пора нам, — сказал я, отставляя пустую чашку на крыльцо.