Я сохранил горестное выражение лица, но внутри меня сразу растаял ледяной комок. Все-таки я был прав! Функционалы не собираются меня уничтожать. Я им нужен. Ну или симпатичен.
– И в качестве общественного порицания – ты под домашним арестом. Предположим… на год. Ага? Продукты тебе будут доставлять. А вот выходить из башни… – Наталья вдруг снова улыбнулась уголками губ, вроде как фальшивой, но почему-то располагающей улыбкой. – Эх! Где наша не пропадала? Оставлю тебе выход в Заповедник. Иначе совсем тут закиснешь. Согласен?
– Да, – быстро сказал я.
– Перед Андреем Петровичем извинишься. – Наталья укоризненно погрозила мне пальцем. – Ну как так можно? Воспользоваться его удаленностью от участка, подраться, нанести телесные повреждения. Нехорошо! К тому же подрывает авторитет полицейских в целом.
– Я извинюсь, – сказал я. – На самом деле мне очень неудобно. Он такой… интеллигентный человек. Я с удовольствием извинюсь.
Наверху загремела посуда. Я посмотрел на лестницу. Наталья тоже – после чего вздохнула.
– А теперь самое сложное…
– Она останется со мной, – быстро сказал я.
– Кирилл, всему есть предел. В том числе и нашей снисходительности. Зря ты забрал девочку из Нирваны, там ей было самое место. В конце концов, ее могли и вернуть через месяц-другой. Как раз образумилась бы.
– Так это моя вина, не ее.
– Она участвовала в этих нелепых террористических выступлениях – раз. – Наталья демонстративно загнула палец. – Укрывала беглую преступницу – два. Нарушила обещание не разглашать и не мешать, которое дает каждый человек, узнающий о функционалах, – три. В ответ на предложение покаяться заявила, что продолжит свою деятельность, – четыре. И, что самое неприятное, напала на функционала! На функционала-полицейского при исполнении! Пять!
Наталья звонко ударила пятерней о стол.
– Больше этого не повторится, – сказал я. – Никакого терроризма, никакого укрывательства. И она покается. А перед Андреем Петровичем извинится.
– Кирилл, мы не в детском саду. – Наталья покачала головой. – «Извините, я больше не буду» – и снова проказничать. Нет, Кирилл. С Настей вопрос уже решен.
Я почувствовал, что начинаю заводиться. И положил руку на ее ладонь, придавливая к столу.
– Настя никуда отсюда не уйдет, – сказал я. – Все. Точка. Баста. Конец.
Наталья нахмурилась. Ее лицо еще более подурнело.
– Так и предполагала, что с этим будут наибольшие сложности… Зачем тебе бывшая содержанка мелкого бизнесмена? Тебе что, баб мало? Выбирай любую! Опытные стервы, добропорядочные жены и матери, наивные малолетки – выгляни из окна, целые стада задницами вертят!
– Настя! – крикнул я, вскакивая. – Настя!
Мне никто не ответил.