– Марта задумчиво смотрела на меня. Видимо, почувствовала недоговоренность…
– Интересно, мы на русском или на польском с тобой говорим? – быстро поинтересовался я.
– На русском, – раздраженно ответила девушка. – Как будто не знаешь, что таможенник с каждым общается на его языке.
– Ага. – Я кивнул. – Газету ты читала?
– Ну и что будешь делать?
– Как это у вас в сказках? В баньке попарю, накормлю, а потом съем?
– Ну, на Бабу-Ягу ты никак не похожа, – заверил я ее. – Ты давно стала таможенником?
– Девять лет. Я совсем девчонкой была. – Она сильно, по-мужски затянулась сигаретой, с любопытством поглядывая на меня. – Оклемаешься – и вали куда хочешь. Не стану я тебя задерживать. Но и прятать не стану, учти!
– Спасибо и на том, – искренне сказал я. – Скажи, у тебя куда двери ведут?
– Не знаю такого… – пробормотал я. – Это не там, где Кимгим?
– Эльблонг – это польский город! – Кажется, Марта чуть обиделась. – А еще Янус. Антик. И Земля-шестнадцать.
– А это что за мир? – заинтересовался я.
– Пойдем. Накинь что-нибудь… – Она кивнула на висящие на крючках халаты и вышла из ванной.
Один халат был женский, розовый с выдавленным рисунком. Другой мужской, густого синего цвета. Я поискал взглядом стакан с зубными щетками – щеток оказалось две. Марта явно не вела отшельнический образ жизни.
Без смущения или брезгливости запахнувшись в чужой халат, я вышел вслед за Мартой. Ванна и чай меня вполне согрели и привели в чувство. Бежать стометровку мне было рановато, но и опираться на чужое плечо уже не требовалось.
Девять лет – это девять лет. Если моя башня так и не стала мне настоящим домом, просто не успела им стать, то у Марты все было уютно и обжито. Первый этаж – изначально такой же просторный зал, как и у меня, был разгорожен на две комнаты стеллажами, заваленными самыми разными предметами – от горшков с красивыми цветами, упаковок прохладительных напитков и пива до каких-то железяк сомнительного происхождения и скомканной ношеной одежды. При этом общий бардак каким-то образом создавал ощущение уюта и комфорта. На ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж, лежала длинная вышитая дорожка. Такие же сельского вида коврики валялись и на полу. А еще я заметил блюдечко с молоком – похоже, где-то тут жила кошка…
– Сюда иди, – велела Марта.
Я подошел вслед за ней к двери. Марта резко распахнула ее и сказала:
Невольно запахнув халат посильнее, я слегка отстранился от двери. За ней был вечерний город со старинными домами, булыжная мостовая, фонарики под старину, сидящие за столиками кафе люди. Дверь выходила на небольшую, полную гуляющего народа площадь.
– Очень уютно, – признал я. – Выход в центре города?
– В центре. – Марта закрыла дверь, прошла к следующей. Открыла ее со словами: – Янус.