Мы вышли вслед за ней на маленькую площадь между домами. У неработающего фонтана лежало чудовищное измятое тело, сочащееся кровью, – сбитая с неба горгулья. Но врагов не было.
– Что-то… что-то не так… – прошептал кардинал, озираясь. Пес на его руках вдруг зарычал, встряхнулся и привстал. Потянул носом воздух. И, оскалившись, стал медленно подбираться к совершенно пустому газону. Трава на газоне была вытоптана, будто по ней долго катались в схватке…
– Это засада! – закричал я, хватая кардинала и дергая в сторону.
Ошибкой было думать, что технологический уровень Аркана – это уровень нашей Земли. В принципе это демонстрировали уже работоспособные реактивные ранцы, над созданием которых наши вояки бьются многие десятилетия, но дальше показушных игрушек для удивления власть имущих не дошли.
Аркан имел на вооружении и другую мечту наших македонских и наполеонов: невидимость.
Над лужайкой будто встряхнули зыбкое прозрачное полотнище – и в воздухе проступили силуэты солдат. Их было с полдюжины. В руках у некоторых – автоматы, у двоих – громоздкие толстоствольные пушки. Господи, гранатометы, что ли? Или огнеметы?
Старый пес кардинала беззвучно взвился в воздух. Но то ли он был слишком стар, то ли функционалы превосходили его по всем статьям. Они даже не стали стрелять. Один выступил вперед – и в воздухе ударил собаку прикладом автомата. Глухой удар – и пес беззвучно упал в траву.
– Не надо излишних жертв. Мы не имеем претензий к властям и народу Тверди. Мы требуем выдать нам преступника.
Мой взгляд обежал солдат.
А ведь говорили не они! Даже сквозь стекла, опущенные с касок, я видел, что губы солдат неподвижны.
Кто-то еще оставался под покровом невидимости.
Рудольф медленно вышел вперед. Посмотрел на свою собаку, покачал головой.
– Твердь не выдает тех, кто просит убежища. Если вы в чем-то обвиняете этого человека, то мы требуем доказательств.
– Доказательства были даны.
Да, сомнений не оставалось. Кто-то еще предпочел остаться невидимым.
– Это не доказательства. – Рудольф покачал головой. – Опыт наших… отношений не позволяет мне верить пустым словам. С демагогией идите на Демос.
– Вы погибнете, а его мы заберем.
Рудольф кивнул. И с нескрываемым облегчением произнес:
– Да, я был прав. Он нужен вам живым. Кирилл, беги!
Меня не пришлось упрашивать. Я метнулся вправо, туда, где другая узкая улочка уводила к полицейским казармам.
И вслед мне громко ухнула пушка в руках солдата.
Гибкая пластиковая сеть накрыла меня лишь краем.