Нейлектрические ткани спор позволяют грибам срастаться с электроникой, создавая фитронику, или с нервной системой людей и животных. Такая «проросшая» машина — это чумоход. А «проросший» человек — Бродяга или Ведьма, а в итоге — лешак.
Митя объяснял себе и Маринке будто бы сразу набело, без рассуждений. Все эти мысли уже мелькали в прежних разговорах, и сейчас Митя просто складывал их в нужном порядке. Сосредоточен он был на другом: он трогал стволы деревьев, пытаясь определить горячего «вожака».
— У леса нет рук и ног, — Митя впервые чувствовал себя не малахольным городским дрищом, а тем, кем и был, — учёным. — Но есть мы и наши машины. И лес вторгается в нас, переделывая под себя. Управляет тем, что захватил…
Маринка не вникала в смысл сказанного Митей: просто её завораживало, как Митя размышляет. Прикольно, будто работает мастер. Из Митиных слов Маринка выцепляла только полезное. Чумоходами управляет лес. Срубленные «вожаки» заменяются новыми. Надо знать всё это — пригодится, чтобы стать бригадиром. Рядом с Митей Маринка верила, что станет. Такой свободной и сильной она не ощущала себя ни с Харлеем, ни с Серёгой, ни с дядь Горой.
— Зачем лесу чумоходы? — спросила Маринка.
— Ответ ясен, — Митя посмотрел ей в глаза. — Чумоходы нужны лесу для защиты. Чтобы мы его не уничтожали. Он нами же от нас и обороняется.
Маринка понимала, что Митя хочет сберечь лес. Городские почему-то всегда возмущались вырубками… Ну дак лес-то рубят не бригады. Бригады берут «вожаков». И понемногу. Бригады — маленькие, а лес бескрайний.
За кустами смородины они заметили высокую и толстую берёзу. Митя полез в кусты, Маринка — за ним. Берёза росла на игровой площадке бывшего детского садика. Вокруг стояли лавочки, сказочные домики, верандочки, горки и маленькая ржавая карусель. На ощупь берёза была горячей.
— Это «вожак», — уверенно сказал Митя.
— И что дальше? — Маринка, щурясь, поглядела наверх, на крону.
— Ведьма как-то спровоцировала фитоценоз воспринимать нас полезными и не выпускать. А мы должны вызвать другую реакцию. Например, причинить боль. Чтобы фитоценоз решил нас отогнать. Выстрели по берёзе, Марин, только чуть-чуть. Реакция «вожака» станет сигналом для всего фитоценоза.
— Так ты охраняешь лес? — удивилась Маринка.
— От нескольких пуль дерево не погибнет.
Маринка скинула с плеча автомат и, криво улыбаясь, дала по берёзе короткую резкую очередь. Пули впились в ствол с тугим звуком.
Серёга не услышал этой стрельбы за тарахтением движка.
Мотолыга подкатывала к перекрёстку, на котором теперь раскинулись заросли черёмухи. Серёга не ожидал никакого подвоха.