Вегетация — читать онлайн бесплатно полностью

Ему нужно было оружие, чтобы выручить Маринку. Он споткнулся, увидев Матушкина на своём пути, и чуть не упал. Рожа у Серёги была как взрыв.

Матушкин должен был пристрелить Серёгу — так было приказано, однако он, ничего не объясняя, молча протянул Серёге свой автомат.

А Костик, запыхавшийся и разгорячённый, повертелся справа за углом развалин — Серёга словно провалился под землю — и бросился к другому углу, дальнему: вдруг Серёга там?.. И за дальним углом в грудь ему, останавливая, больно упёрся автоматный ствол. Автомат держал в руках Серёга.

— Ой, ёптыть… — выронил ошеломлённый Костик.

Серёга чуть оттолкнул его и тотчас врезал короткой трёхтактной дробью.

Костик с размаху шлёпнулся на задницу в траву. Он не почувствовал, что его прошило насквозь, но глупо пошлёпал ладонью по груди, чтобы погасить затлевшую футболку. Он уже понял, что убит, но как-то всё не умирал.

— Мамка тебя уроет за меня… — свистяще сказал он.

Серёга свалил его второй трёхтактной очередью.

Костик опрокинулся, и в его открытых глазах отразилась луна.

А Серёга испытал такое облегчение, словно родился заново — и в мире, который куда лучше этого. Матушкин вынырнул из-за Серёги и подобрал автомат Костика.

Алёна, Фудин и два алабаевца ждали там, где и остались, — возле тела расстрелянной Щуки. Они не рискнули ходить в темноте среди развалин, в которых ловят беглеца. Оружия у них никакого не было. Маринка сидела на бетонном блоке и сплёвывала кровь из разбитых Костиком губ.

Они слышали две короткие очереди. Понятно: это Костик и Матушкин догнали Серёгу… Маринка словно стиснула свою душу в кулак, чтобы не думать сейчас ни о чём.

В развалинах появились две тёмные фигуры. И Фудин с Алёной, и алабаевцы оживились: Костик и Матушкин идут… Маринка не оглядывалась. Но от развалин к бригаде шли Матушкин и Серёга. И они уже держали бригаду под прицелом автоматных стволов.

— Я ухожу и Маринку забираю, — подходя, глухо произнёс Серёга.

Маринка взвилась на месте, разворачиваясь.

— И я с ними, — добавил Матушкин.

Ничего ещё не закончилось, и Серёга понял это, когда до него донёсся волчий вой Алёны.

В её голосе слились тоска, материнское горе и свирепая ярость. Приглушённый расстоянием, вой всё равно оставался таким жутким, что лес вокруг Серёги затих, будто прихлопнутый заморозком. Серёга слышал только треск хвороста, шелест папоротника и собственный сдавленный хрип. И ещё, конечно, слышал Маринку — как она задыхается, стараясь не стонать.

— Погоня будет… — тяжело пропыхтел Матушкин.