Бригада лесорубов пробирается по лесам Урала к таинственной горе Ямантау, где мутировал лес. В этих дебрях скрываются обезумевшие машины и люди, борющиеся за выживание. Между бригадами и миром разгорается война за ресурсы и биологическую природу.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Вегетация»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бригада лесорубов пробирается по лесам Урала к таинственной горе Ямантау, где мутировал лес. В этих дебрях скрываются обезумевшие машины и люди, борющиеся за выживание. Между бригадами и миром разгорается война за ресурсы и биологическую природу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Викторович Иванов Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
Бригада лесорубов пробирается по лесам Урала к таинственной горе Ямантау, где мутировал лес. В этих дебрях скрываются обезумевшие машины и люди, борющиеся за выживание. Между бригадами и миром разгорается война за ресурсы и биологическую природу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дураки думают, что лес — просто охеренная толпа неподвижных и неразумных деревьев. Нечего бояться. Но всё не так. Нет, Егор Лексеич не чуял лес нутром, как чуют Бродяги, зато ни на миг не терял понимания, что лес их всех видит и слышит. Бесплотно ощупывает их души. И сейчас — тоже. Он, лес, терпеливый и злопамятный. И он непременно нападёт, когда подвернётся возможность.
— А ты где училась? — не отставал от Маринки Костик. — На лесотехе, да? У меня там кореш тоже учится. Вовка Бидон, толстый такой, знаешь его?
— Фиг ли ты лезешь ко мне? — рассердилась Маринка.
Костик был младше её на два года и не представлял интереса.
— А чё ты сразу как крыса-то? — не обиделся Костик. — Понравился, да?
Маринка, выражая презрение, издала губами неприличный звук.
Фудин вернул Егора Лексеича к обучению:
— Шеф, а линии — это просеки?
— Да, — подтвердил Типалов. — Зелёные — заброшены. По ним можно и не пройти, если старые и заросли хламником. Жёлтые — используются сейчас, но по ним перемещается техника, и там рисково. Красные — магистральные, для больших лесокараванов. На красные трассы лучше не соваться, их регулярно протравливают кислотой, чтобы ничего не росло, и там дышать вредно.
— Да как это всё запомнить-то, Егор Лексеич? — весело огорчилась Талка, крепкая молодая и глазастая бабёшка, звали её Натальей Назиповой. — Одна путаница… Если, мужики, кто чё понял, дак я лучше при таком буду!
— Давай при мне, не пропадёшь! — тотчас встрял шутник Матушкин.
— Ага! — скептически согласилась бойкая Талка. — Ты-то чё соображаешь, Витюра? Ты же на столовке разнорабочий!
— Ну и чё? Дров ни полена, зато хуй до колена!
В мотолыге засмеялись, даже Егор Лексеич как-то утробно хрюкнул.
— Борзые вы ребята, гляжу, — заметил он и повернулся к третьей тётке, что сидела с краю и, похоже, всех побаивалась: — А ты чего молчишь? Как зовут?
— Булатова Вильма, — еле слышно произнесла тётка.
— Чё за имя такое? — буркнул Калдей.
— Я знаю карту, — сообщила Вильма. — Я уже была на командировке.
— А чего не призналась, когда я спрашивал? — удивился Егор Лексеич.
Вильма зажато молчала, уставившись себе в колени.
— С кем из бригадиров ездила?
Вильма поколебалась.
— С Обрезом, — выдала она. — Мы за Красным Яром рубили.
— Обрезкин Артур Данилыч, — тихо подсказал Типалову Фудин. — Он на Московской живёт…
— Знаком я! — оборвал его Типалов.
Мотолыга, колыхнувшись, притормозила.
— Лексеич, трасса! — через плечо бросил Холодовский.
Егор Лексеич поднялся с места и полез к водителю. Просека вливалась в большую лесную магистраль.
Эта трасса рассекала лес как река — широкая и укатанная. Красной она была не только на карте.
