В дверь гостиной влетела пила, а затем, выворотив косяк, попёрло рыло чудовища с маленькими муравьиными глазиками сенсоров. Одну за другой рипер выкинул вперёд две ноги: Вильма увидела, как на гладких половицах раздвинулись сегменты стоп с крючками-фиксаторами. Уже не раздумывая, Вильма выхватила из-за пояса ракетницу и пальнула в чудовище. Сигнальная ракета разбилась о морду рипера с яркой вспышкой и запрыгала по гостиной пылающим шаром, из которого сыпались искры. Наверное, взрыв ракеты на мгновение что-то спутал в сенсорах машины: рипер вонзил пилу в один из диванов, а не в человека — взвились опилки и клочья синтетической набивки. А Вильма последним рывком открыла окно и сиганула наружу, в крапиву.
Заросший задний двор. Толстые берёзы. Ржавый бак для дождевой воды. Покосившийся сарайчик с поленницей. Брошенный семейный микроавтобус, тоже весь ржавый. Ограда из рваной сетки-рабицы… За спиной у Вильмы затрещало — это из дома опять лез упрямый рипер с оконной рамой на морде.
Вильма побежала к ограде, продралась сквозь колючую дыру, нырнула в кусты и вынырнула на поляну — на спортивную площадку загородного клуба. А по площадке, урча движком и пощёлкивая, вышагивал ещё один рипер.
…Ей никогда не везло! Жизнь никогда её не щадила, не помогала ей, не давала даже передышки!.. У Вильмы брызнули слёзы. Никто её никогда не жалел! Но она всегда боролась — затравленно и отчаянно, всегда колотилась о невозможность или терпела — и всегда выживала. Всегда!
Рипер повернул к ней.
На краю площадки торчало растопыренное сооружение из стальных труб — уличный турник: стойки-опоры, перекладины на разном уровне, брусья, лесенки наверх, лесенки сверху, шведские стенки. Вильма метнулась к этому турнику и вскарабкалась на его хребет. Она уже обессилела от беготни.
Рипер приблизился спокойно и даже деловито, будто никуда не спешил. Его примитивным мозгам всё было понятно: враг вне досягаемости, но стойки сооружения — это ведь тонкие деревья, и надо их спилить, чтобы достать врага. Вращающийся диск циркулярной пилы соприкоснулся со стальной трубой, и раздался отвратительный визг, брызнули искры. Рипер трудился, срубая зубцы у своего инструмента, но не понимал того, что делает, и не слышал визга.
Вильма сидела наверху и наблюдала за действиями комбайна. Срезать трубу обычной пилой рипер никак бы не смог. Вильма осознала, что наконец-то оказалась в безопасности, и злобно плюнула на машину. А рипер тупо топтался внизу, урча мотором и фыркая густым бризоловым выхлопом.