Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
— В этот раз Смотрящие прислали в Антар дивный цветок! Красота и сила эри, что может быть лучше?
— Может, красота и сила Тьмы? — улыбнулась Вейн.
— Тоже недурственно, — расхохотался Сай.
Путница чуть улыбнулась. В Темном мире не принято спрашивать, кем был человек по ту сторону Излома и за что попал сюда, но по манере разговаривать и держаться становилось очевидно, что Сайкериос благородного происхождения.
— Скажите, Сай, в Антаре всегда так… немноголюдно? И где другие эри? А то я чувствую себя неуютно. Меня, знаете ли, на всех не хватит!
— Не переживай, красавица, — улыбнулся Темный.
Вейн смотрела на блондина все с той же легкой улыбкой, ни на миг не выказав охватившего ее омерзения от его скабрезного тона. Она ненавидела Темных, которые принимали эри не только за источник жизни, но и за развлечение. Жаль, но таких было слишком много. Продолжая мило улыбаться, Путница подумала, что на обратном пути нужно будет отправить этого блондина к праотцам, вслед за хозяином.
— У нас обычно многолюднее, — не подозревая о кровожадных мыслях собеседницы, продолжал Сай. — Конечно, не то чтобы намного… Хозяин не любит общения, живет затворником, хотя при его-то силе мог бы уже и в Ниарант перебраться.
— Что же не переберется? — почти влюблено промурлыкала Вейн. Право, такие разговорчивые писчие — просто находка! И знает о хозяине много и не принимает ее всерьез. А уж поболтать и покрасоваться как любит! Путница облизнула губы, заставляя Темного восторженно замереть.
— Не хочет, я же говорю: затворник. Эх, а в Ниаранте сейчас время Полуночи! Можно знатно повеселиться! Вы любите Полуночные игры, прекрасная эри? — с придыханием спросил писчий.
Вейн улыбалась все так же обворожительно, хотя мысленно скривилась от столь откровенного намека.
"— Ах, вы меня смущаете, Сайкериос, — похлопала ресницами Вейн. — Увы, мне не довелось принимать участие в играх.
