Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Слишком много… несоответствий, — так же безразлично обронил Ксандр.
— Ты просто ищешь, к чему придраться, — Вейн постаралась, чтобы ее голос прозвучал обиженно, с легкой ноткой усталости и скорби. — И в чем-то обвинить меня. Это клеймо не Гнойной Впадины, а Хряков. Если ты так хорошо разбираешься в геральдике, то должен знать, что их отметки почти одинаковы, кроме одной детали, — она повернула руку и пальцем провела по белесому шраму над клеймом. — Вот здесь была корона.
Он молча смотрел на нее, не мигая.
Она внимательно прислушивалась к своему сознанию, опасаясь пропустить прикосновение чужого разума. Но его так и не последовало. Ксандр просто придвинулся и кивнул на ее правую руку.
— Другую, — коротко бросил он.
Вейн протянула запястье, на котором не было клейма, и мужчина склонил голову, прижался к коже губами. Эри не сдержала надрывного вздоха. В теле разлилась блаженная истома, голова сладко закружилась.
…Три… Четыре… Пять.
Хронометр щелкнул в голове, заставляя Вейн убрать руку, но она медлила, тянула. Ксандр сам отодвинулся, снова откинулся в кресле и закрыл глаза. Эри отвернулась. Реакция собственного тела испугала ее больше, чем его вопросы.
Она поднялась и пошла к двери, стараясь двигаться неспешно, чтобы не было ощущения, будто она убегает. Почти ожидая, что Ксандр бросится в вдогонку, прислушивалась к тишине за спиной. И только выйдя за дверь, Путница до крови закусила губу и с яростью вогнала в ладонь иглу, чтобы прийти в себя. Боль отрезвила и охладила разбушевавшиеся чувства.
«У меня просто слишком давно не было мужчины, — со злостью подумала Вейн.
