Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Ведь так, моя сладкая эри?
Ксандр говорил, все приближаясь, и Путница вжалась в стену, чувствуя внутри безотчетный страх. За спиной была Тьма, впереди — Темный, и Вейн знала, что он не отпустит ее, пока не вытряхнет из нее всю правду. Глубоко вздохнула, опустила ладони, расслабляя тело. Бежать некуда, а правду она сказать не может.
— Не подходи, — тихо повторила она и замахнулась. Мелкие иголки-шипы слетели с пальцев, но опали, наткнувшись на невидимую стену возле Темного. Следом понеслись кинжалы, но их полет изменился, минуя тело Ксандра.
Он рассмеялся.
— Жженые камни и песок, милая. Попробуй их.
Она швырнула и то, и другое, но средства, действующие всегда и на всех, просто осыпались прахом!
— Может, слезы огня? — он уже откровенно издевался. — У тебя ведь найдется парочка, Вейни? Вон там, на левом бедре? Или яд аршы? Который спрятан в сапогах? Ну же, дорогая, не разочаровывай меня!
Он улыбался, приближаясь к ней, и Вейн закусила губу. И с усмешкой признала, что сильно сглупила, когда позволила ему прикасаться к себе… Да уж, быстро же он проверил ее арсенал.
Путница чуть отступила и опустила руки. На обнаженной коже, чуть ниже локтей, там, где еще недавно были его губы, вздулись черные вены и зазмеились, вылезая наружу, оплетая руки, стекая на пол густым дегтем.
— Хаашшар… — нараспев сказала Вейн. — Хааашшаарр Александр…
Он вскинул голову, в серых глазах мелькнуло удивление.
— Ты забыл, что значит знать истинное имя в этом мире, Ксандр, — так же тихо добавила Вейн, выпуская черных афритов знойного Шра.
Без возможности уйти во Тьму или воспользоваться ее силой, Ксандр был полностью беззащитен перед ними. Никто не может противостоять афритам…
Ксандр отшатнулся, завернулся во Тьму, словно в плащ, вскинул руку, на которой блеснул осколок, и Вейн жадно уставилась на его ладонь.
Осколок вспыхнул и втянул в себя афритов, словно в бездну, и от смертоносных духов остался лишь серый дым, быстро развеявшийся в воздухе.
Ксандр опустил голову, сжал осколок, и тот исчез в глубине его сущности."
"— Вот теперь ты меня действительно завела, Вейни, — хрипло сказал он и исчез.
