В 2018 году боевики прорывают Кавказскую стену, движутся на север. Возникает конфликт вокруг России и Кавказа, где необходимо найти способ остановить наступающее нашествие. Герои ищут силы для защиты страны от новых угроз.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Великая Кавказская Стена. Прорыв 2018»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В 2018 году боевики прорывают Кавказскую стену, движутся на север. Возникает конфликт вокруг России и Кавказа, где необходимо найти способ остановить наступающее нашествие. Герои ищут силы для защиты страны от новых угроз.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Юрьевич Белозёров Легкое чтение Фантастика Боевая фантастика Попаданцы подборки серии
В 2018 году боевики прорывают Кавказскую стену, движутся на север. Возникает конфликт вокруг России и Кавказа, где необходимо найти способ остановить наступающее нашествие. Герои ищут силы для защиты страны от новых угроз.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Вот то-то и оно, — серьёзно сказала Гринёва, словно угадав его мысли, и стала ещё прекраснее и недоступнее.
Он так и не понял, уговорил её или нет. Кабина мягко дёрнулась, двери открылись, и в неё ввалилась компания, состоящая из Глеба Исакова, Норы Джонсон из «USA Today» и Александра Гольдфарбаха из журнала «Wired». Все навеселе, все на взводе, всех водой не разлей, все словно в мёде сахарные, а на деле волки волками — только бы урвать своё, только объегорить кого-нибудь и проехаться за чужой счёт. Почуяли сенсацию, понял Феликс. Сейчас пытать начнут всякими доступными и недоступными методами.
Александр Гольдфарбах полез обниматься:
Это был неприятный еврей, высокий, костлявый, с длинными волосами, как у Джонни Деппа, с манерами из той «совковой» системы, которую Феликс ненавидел и презирал всеми фибрами души. Должно быть, поэтому Гольдфарбах и приглянулся Березовскому, потому что не давал забыть СССР. Ко всему прочему он лысел на затылке и мазался какой-то вонючей дрянью. Однажды Феликс застал его, ухаживающего за своей шевелюрой. Гольдфарбах не растерялся и счёл нужным объяснить, что это японская настойка из перцовых водорослей, которая стимулирует рост волос. Но кажется, она ему не помогла, потому что кое-где сквозь немытые волосы просвечивал череп, как глина сквозь водоросли в реке.
— Хватит! — едва отбился Феликс, брезгливо вытирая рот. — Ещё подумают чёрт-те что!
— И пусть думают! — согласился Александр Гольдфарбах, весьма довольный собой.
В Лондоне они почему-то напились в одном издательстве и продолжили у какого-то богатого дяди на ферме под Лутоном, долго болтая под мелким дождиком о проблемах России и всего мира, и чувствовали себя вершителями этого самого мира. Только он об этом даже не подозревал. Александр Гольдфарбах учил Феликса жизни. В те времена Феликс считал это само собой разумеющимся. Ему льстило, что акула пера «гвоздевой» английской журналистики, особо приближенный к Березовскому, возится с простым студентом, пусть даже этот студент и весьма талантлив. Быть может, гадал он, всё дело в мистере Билле Чишолме? Как ему хотелось, чтобы его любили просто за красивые глазки. Оказывается, в мире политики так не бывает. Только преданные женщины готовы любить тебя таким, какой ты есть.
Нору Джонсон и представлять не было нужды. Это была звезда политического Олимпа Потомака. Чёрная, как индианка, сложенная, как фотомодель, правда, уже пережившая свои лучшие времена. Но, тем не менее, смотрящаяся весьма-весьма даже очень, если не обращать внимания на лицо, которое после многочисленных операций больше напоминало посмертную маску, чем что-то живое. Единственное, что его оживляло, — гневливая морщинка между бровями. Остальное всё было лаковое и блестящее, как фарфоровая чашка.
