Я ликовала! Теперь-то мне ничто не помешает!
Работа закипела. Перво-наперво, рассчитав размеры кованых полос, решили сделать самые простые пушки.
Затем приступили к литью. Надо было сообразить форму из глины, по технологии медленной формовки.
Из дерева для этого смастерили круглый сердечник, он нужен был для того, чтобы пушка была полой внутри. На него наносились тонкие слои глины, давая каждому из них просохнуть, и этот этап сильно затягивал процесс. На полученную болванку отдельно крепили деревянные формы для цапфы (прим. автора - два выступа цилиндрической формы в средней части пушки, которые служат для установки орудия на лафет). Далее работа начиналась над самим кожухом формы. Готовую болванку смазывали смесью сала и воска, для лёгкого отделения железа от глины, и опять всё повторялось сначала. Слой за слоем наносилась глина, обсушивалась на воздухе. Когда форма была готова, её ещё долго сушили на козлах, снизу развели небольшой костёр, для прочности скрепив железными обручами.
Когда завершили просушку, из готовой формы удалили сердечник и рубашку, таким образом, получив пустотелую заготовку для литья.
Изготовили железный прут для канала ствола пушки, поместив его внутрь формы и приладив к ней заготовку казённой части. Для заливки выкопали яму прямо перед печью, проведя от горна жёлоб в земле, по которому побежит расплавленный металл. Установив заготовку, заполнили пространство между ней и стенками землёй. И приступили к литью.
Кузнецы, освоившись с процессом, выпроводили меня домой, заверив, что и сами справятся. Я не стала упорствовать – присутствие женщин на кузне не приветствовалось, кузнечное ремесло считалось исконно мужским занятием. Незачем было настраивать мастеров против себя, и я просто отправилась дальше по своим делам."
"По той же технологии выработали форму и для ядер. С картечью тоже провозились, но она мне была даже нужнее ядер. Осталось только дождаться, когда всё будет готово.
Наконец, долгожданный день настал.
Я с нетерпением переступила порог кузни, где лежали две готовые пушки. Одна кованая, просто прямая, вся стянутая железными толстыми обручами; другая же широкая, сужающаяся к дулу, чтобы пороховые газы не разорвали орудие.
С гордостью осматривала нашу первую пушку, у нас получилось! Моей радости не было предела. Пусть и не верх совершенства, но выглядело всё основательно, внушая надежду на успех.
Теперь же черёд за лафетом (прим. автора – опора для пушки). Его решили смастерить из дуба, незачем тратить металл. Соорудив из трёх досок что-то наподобие ящика без крыши, в боковых стенках прорезали ступени, чтобы регулировать высоту дула. К задней части орудия понижались по высоте, между стенками встала деревянная доска и к ней крепились оси колёс, также из дуба.