Автор
По скрежету ветра и тихим хрустом листьев, старый лес готовился к закату. В дикой ночи, когда даже звери прячутся глубоко, этот мир кажется под угрозой чего-то невиданного и страшного. Лес словно дышит гнилью, его древние корни изрыты темной влагой, явно от недавних бесчинств чужаков — кровожадных существ, которые творят беды не только за рогами, но и за селами....
На заре нового дня, когда собрались мы с мужем к посадским мастерам, послышался звон от главных ворот. Кто-то приближался к городу.
К худу или к добру? Не идёт ли на нас каган войной или возвращается матушка?
Деян, усадив меня на коня, уже мчал к воротам, вскорости увидели мы наших дружинников, въезжавших через подъёмный мост.
С ними были и другие воины, но Деян успокоил меня, то дядюшка в гости пожаловал. Значит, вести хорошие.
Впереди дружины, рядом с Милавой ехал плотный, ещё не старый мужчина. С цепким взглядом и обманчивой леностью движений.
Я впервые видела Гостомысла, и пусть он помнит меня маленькой, но страх закрадывался в душу. Потому и наше приветствие вышло скомканным. Но дядя кажется этого и не заметил, разглядывая пороки, что так и стояли, как грозные стражи по бокам от ворот.
- Здравствуй, Настасья, не свиделись мы в прошлый раз. А ты расцвела, совсем взрослая стала, - Гостомысл по-отечески расцеловал меня в щёки, - давай, сказывай, что ещё придумала? Может, чем похвалишься снова, а мы переймём.
Так вот, что ему интересно! Кто бы сомневался! Ему тоже новое оружие подавай! Отстояла перед Ярополком свои тайны, глядишь, и с Гостомыслом справлюсь. Не одна я теперь.
На дворе нас уже ожидали и другие воины, приветствовавшие своих земляков. Варвара шла рука об руку с Руславом, что не сводил взгляда с любимой валькирии.
Забегали, захлопотали слуги, готовя пир. Гости же пока отдыхали с дороги.
На душе было радостно, и не только от хороших вестей, Милава заслуживала счастья.
***
Светлый князь Ярополк
Недолго длились поиски Варяжко. Через своих верных людей отыскал он логово предателя и сам доставил того, пред очи князя. В тереме хватало застенков, где втуне пропадали крики и мольбы о пощаде. В один из таких и бросили посланца Владимира. Долго отмалчивался он, не помогали ни угрозы, ни побои.
