Автор
По скрежету ветра и тихим хрустом листьев, старый лес готовился к закату. В дикой ночи, когда даже звери прячутся глубоко, этот мир кажется под угрозой чего-то невиданного и страшного. Лес словно дышит гнилью, его древние корни изрыты темной влагой, явно от недавних бесчинств чужаков — кровожадных существ, которые творят беды не только за рогами, но и за селами....
Отошлют тогда Настасью в Чернигов, пришлёт князь своего человека или кого из меньших братьев посадит владеть Вежей. Не знают они, какова жизнь на тревожной приграничной территории, мнят себя великими воинами, а раз приехав, да повидав орды степняков, что, точно оголодавшие волки зимой, нападают раз за разом на город, бегут под крыло Гостомысла, подальше от беспокойной границы. Плохо тогда жителям, нельзя Веже без заступника. Настенька, хоть и молода, да отец учил её наравне с братьями, как при осаде город удержать да оборонить от врага.
Завтра обойдут они с княжной город, там и поглядит воевода, что предложит Настасья, сдюжит или нет?
***
Настасья
Проснулась я, едва за окном заголосили петухи, приветствуя новый день. Солнце только показалось на небосводе, стыдливо выглядывая из-за края земли. Губы сами собой изогнулись в лёгкую улыбку и вдруг неожиданно подумалось, а почему княжне дали имя Настасья? И пусть в моём времени оно было однозначно русским, но сейчас же десятый век и язычество.
Тряхнув головой, разбудила Алёнку, та тут же подскочила с лавки, сонно потирая глаза.
- Готовь мне платье, Алёнушка, пойду я в город с Могутой, погляжу, что там натворили печенеги.
Чернавка засуетилась, готовя нижнюю рубаху и выбирая наряд. Вот ведь напасть, а на стену-то, как я в платье полезу, перед солдатнёй? Стыду не оберёшься потом!
- Алёнка, а принеси ты мне одежду братьев, примерю.
Глаза девчушки округлились:
- Помилуй, княжна, да где это видано, чтобы девица в мужских портках ходила! Срам-то какой! - тихо лепетала напуганная девочка.
- Так ты сама посуди, мне на стену подняться надо, разве ж пристало княжне перед дружиной подолом мести?
Алёнка лишь глазами захлопала, уставившись на меня, как на заморское чудище.
- Да мне же Дана все косы вырвет, коли узнает, что нарядила я княжну в мужскую одёжу!
- Скажи, я так велела.
Алёнка ещё помялась, но покорно отправилась выполнять приказ.
Платья я никогда не любила, предпочитая удобные джинсы, а здесь мне было совсем тяжело, длинная рубаха путалась в ногах, юбка цеплялась при ходьбе так, что приходилось следить за каждым шагом.
