Автор
По скрежету ветра и тихим хрустом листьев, старый лес готовился к закату. В дикой ночи, когда даже звери прячутся глубоко, этот мир кажется под угрозой чего-то невиданного и страшного. Лес словно дышит гнилью, его древние корни изрыты темной влагой, явно от недавних бесчинств чужаков — кровожадных существ, которые творят беды не только за рогами, но и за селами....
Мороз давно подкрадывался на мягких лапах в полуночи, одевая лужи первым хрустким ледком, расписывая окна узорами, но зима до этого дня не спешила вступать в свои права, напоминая о себе лишь ночными заморозками.
В эту ночь начался снегопад, поутру город оделся в новую белую шубку. Намело так, что нижний этаж княжеского терема скрылся в сугробах.
Алёнка принесла мне платье. Я, пока одевалась, смотрела из окна, как расчищают слуги двор от белых завалов, звонко смеясь, играют девушки с гриднями в снежки.
- Позови мне Могуту, - обернулась к чернавке.
- Так вас к трапезе ожидают, - растерялась девушка.
- Ничего, это важнее. Скажи, пусть на крыльце меня ждёт, я сама спущусь к нему.
Алёнка стремглав убежала. Я, накинув на себя длинную шубу, отправилась вслед за ней. Люди, веселившиеся во дворе, увидев меня, притихли. А мне так хотелось самой побегать, кидая снежками в озорных девушек и дружинников, плюхнуться в мягкий, словно перина, сугроб, прокатиться на санках с горки. Эх!
Прервав мои мечтания, подошёл Могута в одной телогрейке поверх рубахи.
- Давай с тобой, дядька, прогуляемся до ворот, - после приветствия огорошила я воеводу. Тот удивлённо глянул, но перечить не стал.
- Погоди, княжна, велю сани запрячь.
- Не нужно, пройдёмся пешком, дорогой поговорить с тобой хочу, да не бери никого с собой в попутчики, не нужны нам сейчас чужие уши.
Могута насторожился, нахмурился, но потом кивнул:
- Как скажешь, Настасья, погоди только кожух (прим. автора – зимняя верхняя одежда) надену.
Много ли надо бывалому воину на сборы? Уже через пару минут воевода показался на пороге дружинной избы.
Выйдя со двора, мы неспешно шли по дороге к главным воротам. Путь уже был расчищен, народ здесь просыпался с первыми лучами солнца, зимний день короток, а работы много.
- Скажи мне, дядька, где сейчас живут погорельцы, чьи избы спалили дотла? – мне хотелось позаботиться о людях, тяжело пережить суровую зиму простым крестьянам.
- Знамо где, у родни, до весны, пока сами отстроить свой дом не смогут.
- А есть ли у нас лес для постройки?
- Как же не быть, Настасья. Что ты задумала? – воевода пристально посмотрел мне в глаза.
- Сейчас избы поднять можно?
Могута задумался, помедлив с ответом:
- Можно курные избы срубить, да только семье это не всегда под силу, да и земля сейчас уже мёрзлая.
