В рокочущем вагоне ночного поезда, щекотка в носу превращается в бурную сцену: чиханье и громкие шмыганья. Война между силой воли и неистовым желанием избавиться от навязчивого стукача напоминает легендарную битву за Босворт. Но даже победившего героя ждет недружелюбная улыбка соседки-женщины, доказывающая, что иногда сила больше не решает всего мира....
Кухня насквозь пропахла ароматами переваренного цыпленка и залежавшегося гороха. Это ничуть не лучше. Злобно посмотрев на дожидавшуюся ее на столе тарелку, Барбара осторожно потыкала вилкой увядшее мясо. Курица на ощупь была каменная, скользкая и отвратная, словно ее хранили в формальдегиде, дожидаясь вскрытия. Холодный жир застыл сгустками, маленькая лужица масла растеклась на засохших горошинах: они выглядели так, точно пролежали тут по меньшей мере неделю.
«Великолепно!» — подумала Барбара. Интересно, а «чудный крабовый салат» тоже превратится наутро в такую мерзость? Барбара огляделась в поисках газеты и, как всегда, обнаружила ее на сиденье шаткого кухонного стула.
— Лапонька, неужели ты выбросила свой вкусненький ужин?
Черт! Обернувшись, Барбара посмотрела прямо в потрясенное лицо матери — губы шевелятся, пытаясь высказать обиду, лицо сморщилось, выцветшие голубые глаза наполнились слезами.
— Ты меня застукала, ма. — Барбара выжала из себя улыбку, приобняв старуху за тощие плечики и подводя ее к столу. — Я уже перекусила в Скотленд-Ярде, так что мне есть не хочется. Или надо было оставить это вам с папой на завтра?
Миссис Хейверс быстро сморгнула. Боже, как легко, как чудовищно легко она утешилась!
— Нет, наверное, нет. Конечно же, нет. Мы же не станем есть курицу с горохом два дня подряд, верно? — Она ласково засмеялась и положила драгоценный альбом на стол.
— Папа раздобыл для меня все о Греции! — сообщила она.
— В самом деле? — Так вот чем он занимался днем. — Сам вспомнил?
Мать отвела взгляд, в замешательстве проводя пальцем по краю альбома, нервным движением потянула за украшавший его золотой лист. И снова — неожиданное движение, широкая, счастливая улыбка: мать выдвигает стул и приглашает Барбару сесть.
— Посмотри, дорогая, вот оно — наше путешествие.
Альбом раскрыт, быстро пролистываются страницы «поездок» по Италии, Франции, Турции — о, это было настоящее приключение! — и Перу. Наконец они добрались до нового раздела, посвященного Греции.
— Мы остановились в этом отеле на Корфу. Видишь, как он удачно расположен, на самом берегу? Мы могли поехать в Канон, там новая гостиница, но мне так понравился этот вид, а тебе, любовь моя?
У Барбары разболелись глаза, но она не сдавалась.
