В рокочущем вагоне ночного поезда, щекотка в носу превращается в бурную сцену: чиханье и громкие шмыганья. Война между силой воли и неистовым желанием избавиться от навязчивого стукача напоминает легендарную битву за Босворт. Но даже победившего героя ждет недружелюбная улыбка соседки-женщины, доказывающая, что иногда сила больше не решает всего мира....
Линли громко постучал заржавевшим молотком в распахнутую дверь, и вся сцена предстала перед глазами визитеров.
В захламленной гостиной, на просевшем диване сидел мужчина, пристроив на коленях тарелку и пытаясь поужинать какой-то на вид совершенно отталкивающей пищей, а напротив него стояла жена — руки воздеты к небесам, одна из них сжимает щетку для волос. Оба растерянно уставились на незваных гостей.
— Вы застали самую кульминацию. Еще немного, и мы бы отправились в койку, — пояснил Ричард Гибсон.
Трудно было бы вообразить более несхожую парочку: Ричард казался настоящим великаном, без малого шести с половиной футов ростом, с черными волосами, смуглой кожей и насмешливыми карими глазами.
Бросив на мужа последний испепеляющий взгляд, в котором ненависть слилась с вожделением, Мэдлин Гибсон вышла из комнаты, с грохотом захлопнув дверь. Великан захихикал ей вслед.
— Тигрица весом в восемь стоунов, — прокомментировал он, поднимаясь во весь рост. — Настоящая дьяволица. Ричард Гибсон, — назвался он, дружелюбно протягивая свою лапу.
Линли представился. Гибсон, будто оправдываясь, продолжал:
— По воскресеньям у нас сущий ад. — Кивком головы он указал на кухню, откуда доносился непрерывный рев, на слух, по меньшей мере четырнадцати голосов, — Роберта, бывало, приходила помочь. А теперь вот обходимся без нее. Вы и сами знаете. Потому и приехали. — И он гостеприимно указал им на два старых стула, валявшихся на полу сиденьем вверх.
Линли и Хейверс начали пробираться к стульям, осторожно прокладывая себе путь среди разломанных игрушек, разбросанных газет и нескольких тарелок с объедками, которые стояли прямо на голом полу.
"— Вы унаследовали ферму, мистер Гибсон. Собираетесь в скором времени туда переехать? — начал разговор Линли.
— Чем скорее, тем лучше. Боюсь, еще месяц в этой лачуге, и моя семья распадется.
