Автор
В Лондоне ты проведешь не один обычный год — это роман о новой жизни и новых дружеских связях. Ты отправляешься со своими кузенами, готовясь к большому вызову в мире искусства. Взаимопонимание и новые открытия ждут тебя среди великолепных архитектурных шедевров.
Убедившись, что Нед исчез за углом, Эмма сделала глубокий вдох и снова взялась за дверной молоток.
Грохот от удара заставил ее отскочить, и ей с трудом удалось удержать равновесие. Она вцепилась в перила крыльца, и при этом тело ее согнулось под неописуемым углом и наклонилось вперед.
Она находилась именно в этой позе, когда дворецкий открыл дверь и удивленно посмотрел на нее сверху вниз.
– Здравствуйте! – Эмма постаралась как можно быстрее выпрямиться и изобразить на лице подобие улыбки. – Надеюсь, его светлость принимает?
Дворецкий ответил не сразу.
Дворецкий все еще колебался, размышляя, уместно ли впустить ее; когда Эмма внезапно подняла на него огромные фиалковые глаза, он был побежден.
– Пожалуйста, входите. – Он впустил ее в маленькую гостиную, соединенную дверью с холлом. – Сейчас я узнаю, может ли его светлость вас принять.
Когда дворецкий появился в кабинете Алекса на втором этаже, тот даже не поднял головы.
– В чем дело, Смидерз? – Алекс по-прежнему смотрел в бумаги, которые должен был подписать.
– Ваша светлость, к вам молодая леди, прибывшая без сопровождения.
Отложив бумаги, Алекс наконец пристально взглянул на дворецкого:
– Не знаю никаких молодых леди, которые ходят ко мне без сопровождения.
Он снова вернулся к бумагам.
– Как угодно, ваша светлость.
Выходя из комнаты, Смидерз остановился перед самой дверью.
– Вы уверены, ваша светлость?
Взгляд Алекса выразил досаду.
– В чем уверен, Смидерз?
– Вы уверены, что не знаете эту леди? Похоже, что она к вашей светлости по серьезному делу.
– И как она выглядит?
– Она очень маленького роста, и у нее ярко-рыжие волосы.
На этот раз Алекс вскочил с такой стремительностью, что ушиб колено о письменный стол.
– А еще у нее самые огромные фиалковые глаза, какие я только видел с тех пор, как миссис Смидерз отошла в лучший мир.
– Господи, Смидерз, почему ты мне сразу об этом не сказал? – Алекс с небывалой скоростью ринулся вниз по лестнице, и Смидерз не торопясь последовал за ним значительно медленнее.
– Я не знал, что вашу светлость интересует цвет глаз моей покойной жены, – бормотал он себе под нос.
– Эмма! – воскликнул Алекс, врываясь в гостиную. – Что, ради всего святого, привело тебя сюда? Что-нибудь случилось? Твои родные знают, что ты здесь?
Прежде чем ответить, Эмма нервно облизнула губы.
– Никто не знает, кроме Неда, – он привел меня сюда.
