Автор
В Лондоне ты проведешь не один обычный год — это роман о новой жизни и новых дружеских связях. Ты отправляешься со своими кузенами, готовясь к большому вызову в мире искусства. Взаимопонимание и новые открытия ждут тебя среди великолепных архитектурных шедевров.
– И?
– И вот именно тут история приобретает трагический характер. Не в силах перенести разлуки с Гогги, я решил, что раз со мной больше нет моей собачки, то, чем она была набита, вполне может ее заменить. – На мгновение Алекс прервал рассказ и провел рукой по волосам. – Вы ведь помните, что мать постаралась починить собаку и набила ее старыми чулками, – проговорил он лениво. – Поэтому несколько месяцев я бродил по залам Уэстонберта и повсюду таскал с собой дамские чулки.
Эмма от души расхохоталась:
– Не пойму, что здесь трагического.
Алекс серьезно посмотрел на нее:
– Неужели вы не понимаете, какую репутацию я приобрел среди слуг?
– О, можете поверить, мне все известно о вашей репутации, – решительно ответила Эмма.
Алекс явно старался сохранить серьезность."
"– Не сомневаюсь. Теперь вы видите: я поделился с вами самой мрачной своей тайной. Как вы полагаете, что обо мне подумают, если все станет известно? Герцог Эшборн провел годы своего возмужания, таская за собой дамские чулки!
– Бросьте! Дело вовсе не в чулках, – ответила Эмма после короткой паузы.
– Что вы хотите этим сказать?
– Право же, Алекс. – Эмма нахмурилась. – Все знают, что у вас репутация дамского угодника. Меня об этом предупреждали не один раз.
– Хотел бы я, чтобы кто-нибудь предупредил меня на ваш счет. – Герцог вздохнул.
– Что вы хотите этим сказать? – Эмма негодующе посмотрела на него.
– Всего лишь то, что мне пора вас поцеловать.
– Меня? – Эмма почувствовала, что ее спокойствие куда-то улетучивается.
Алекс продолжал пристально смотреть на нее. Ярко-рыжие волосы Эммы разметал ветер, и теперь они в очаровательном беспорядке обрамляли лицо. Фиалковые глаза широко раскрылись и ослепительно сияли, пока он приближал к ней свое лицо.
– Я просто должен вас поцеловать, понимаете? – сказал он внезапно охрипшим голосом.
Эмма нервно облизнула губы. Она едва понимала его слова и вся была охвачена огнем, сжигавшим ее тело. Теперь ей окончательно стало ясно, что только стихийное бедствие может помешать их поцелую, и она с трепетом ждала, когда его губы коснутся ее губ.
Глава 12
Соприкосновение губ было легким, но оно будто парализовало Эмму и лишило ее способности дышать.
Она посмотрела на Алекса так, будто видела его впервые.
