Легкий билет на поезде не спасет от финансового провала: придется жить в коробке из-под рояля. Едва осмелев, молодой человек вынужден признаться леди Леруа в своей независимости и безработности. Сцена раскрывает противоречия между мечтами и реалиями жизни, создавая атмосферу смешения желаний и страстей....
Кевин за моей спиной шумно вздохнул. Я тоже, но исключительно потому, что за красной птичкой появилась розовая, потом оранжевая, зеленая, голубая и так далее. Скоро я сбилась со счета, а наш офис наполнился веселым щебетанием и стал походить на тесную клетку с двумя дюжинами непрестанно чирикающих попугаев.
— Что это? — хрипло выдавила я.
— Свет очей моих… — замялся шейх.
— Все?
— Да, — преисполнился гордостью Ашан. — Все двадцать штучек.
— И как же он еще не ослеп? — с нотками зависти в голосе протянул Кевин, а я сглотнула.
— Теперь вы понимаете, почему я настаиваю на том, чтобы свет очей моих сопровождала исключительно девушка? — серьезно поинтересовался шейх, обратившись к Ильмиру.
— Я прекрасно вас понимаю. Именно поэтому к услугам вашего… — начальник замялся, — света… Хелми.
Я покивала, словно китайский болванчик, но и этого было достаточно. Мужчины улыбнулись мне очень ласково, так, что сразу захотелось повеситься.
— Ну и замечательно, — сказал шейх. — Тогда я вынужден откланяться. Дела не будут ждать.
— Только подпишем договор, — настойчиво заметил Ильмир и кивнул в сторону двери в зал для переговоров.
Шейх очень серьезно кивнул и улыбнулся, только не в нашу сторону.
— Безусловно, — сказал он. — Только попрощаюсь со светом очей моих.
— Котенок, — шейх поманил первую жену, ту, что была в розовом, и чмокнул в лоб. Она счастливо отошла в сторону.
— Рыбка. — Чмок зеленую.
— Зайчик. — Чмок оранжевую.
— Енотик. — И голубенькая получила порцию прощальных милостей от шейха.
— Спорим, — тихо прошептал мне на ухо Кевин, — что он их не различает?
— Синичка…
— Я ласточка! — обиженно прозвучало из-под маски.
— Прости, ласточка, заработался, — виновато вздохнул Ашан ибн Мурр, а затем извлек из кармана перстень с огромным бриллиантом, в лучах утреннего солнца сиявшим просто ослепительно.
Счастливая ласточка упорхнула к стае.
— Ты все поняла? — повернулся ко мне шеф. — Свет очей дарийского шейха светит, ты — его развлекаешь. Придумать программу, окультурить, познакомить с Рижбургом и историей Франглисского королевства. И чтобы без инцидентов!
Ильмир так строго на меня взглянул, что ноги подкосились.
