Он ждет меня по этому адресу. Он знает, что со дня на день я должен объявиться.
— Не проще ли было, чтобы этот твой Толик ждал тебя в машине у тюрьмы? Мне бы хлопот было меньше. Он бы тебя дождался, и поехали бы вы на все четыре стороны. Зачем нужны посторонние, если Толик в курсе твоего побега?
— Значит, так надо было. Толику временно нельзя в Питере показываться. Он в Кронштадте отсиживается. На него совсем недавно покушение устроили.
— Если уж он сам не мог, то попросил бы кого-нибудь из своих товарищей.
— Таня, это уже не должно тебя касаться. Толик будет по этому адресу. Я хотел объявиться там сам, но это, пожалуй, опасно.
— Ты тоже какой-то странный тип. Сказал бы сразу, куда тебе надо, а то притащил меня в какую-то глушь. Я бы тебя сразу до Кронштадта домчала.
— Мне там тоже показываться нежелательно. У нас договор, что как только я найду место, где можно обосноваться, то пошлю гонца и сообщу, где я.
— Значит, меня ты решил использовать в качестве гонца?
— И в качестве ширмы, и в качестве гонца, — засмеялся зэк.
— Не смешно. Ладно, пора ехать. Давай ключи от машины.
Зэк встал и протянул мне ключи:
— Только смотри не потеряй бумажку с адресом. Это в самом центре. Ты легко найдешь.
— Господи, да что там искать. Этот городок можно за полчаса пешком обойти. Я вообще не понимаю, как там можно отсиживаться. Там ведь как в деревне, все друг друга знают.
Я подошла к машине, села на водительское сиденье и завела мотор. Зэк наклонился и тихо сказал:
— Таня, ты не могла бы мне оставить немного денег?
Я достала из кошелька триста рублей и протянула ему. Он свернул их в трубочку и небрежно сунул в карман.
— Таня, я тебе верю. Поэтому отпускаю.
— Я сделаю все, что ты попросил.
— Я могу оплатить твою услугу, чтобы все было по-честному.
— Господи, о какой оплате можно говорить, если у тебя на пропитание денег нет.
— Это сейчас, а потом будут.
— Не надо мне твоих денег. У меня есть только одно желание: чтобы наши пути никогда больше не пересеклись.
— Ты уверена, что этого хочешь?
— Вполне. Ладно, удачи тебе. Жди подмоги.
Зэк отошел от машины и сдвинул брови. Я надавила на газ и помахала ему рукой. Вот и все. Какая гадкая история!
Я включила погромче музыку, с трудом сдерживая слезы.
Проклятое животное! Пусть он хоть сдохнет в этом лесу. Чтоб он этой самогонкой отравился! Гад ползучий! Немного успокоившись, я попыталась разобраться в том, что произошло. Самое страшное, что к этому зэку я испытывала двойственное чувство.