— Все будет хорошо. Вот увидишь.
— Что хорошо?! Все хорошее уже было. Раньше все говорили, что я ослепительно красивая, а теперь будут говорить, что безрукая.
«Вон, безрукая пошла», — буду я слышать вслед. Ты даже не представляешь, как это страшно — остаться калекой! Я не хочу жить! Я не буду жить!
Марта кричала все громче. Я нагнулась и стала гладить ее по плечу.
— Успокойся. Славка любит тебя. Он будет любить тебя всегда.
— Ты врешь! Ты просто хочешь меня успокоить. Он возненавидит меня и начнет гулять, а потом бросит меня как неполноценную бабу. Мужчины не умеют ценить здоровых женщин, а кто будет ценить калеку!
— Ты не права. Славка купит тебе протез. Никто не будет знать, что у тебя нет руки. Только я и Славка. Ты же знаешь, как мы тебя любим.
— Ты все врешь! Славке будет стыдно со мной выйти! Он будет меня стыдиться! Он будет ненавидеть мой протез!!!
Рыдания Марты перешли в истерику. Я сидела рядом и смахивала слезы, понимая, что ей необходимо выплакаться.
Прошло минут сорок, и Марта наконец успокоилась. Она закрыла глаза и тихо сказала:
— Теперь я твоему брату родить не смогу.
— Потому что я не хочу, чтобы про моего ребенка говорили, что это ребенок безрукой. Представь, малышей везут на кормление. Медсестры раздают их мамашам. Одна показывает на моего ребенка и спрашивает: «А этот чей?» А другая отвечает: «Это безрукой». Никогда и никто не назовет меня больше Мартой, я буду просто безрукой, и все. — Неожиданно Марта нахмурила брови: — Татьяна, ты все для меня сделаешь?
— Постараюсь, если это в моих силах.
— Конечно, в твоих. Именно поэтому я и прошу тебя об одной услуге.
— Марта, что я должна для тебя сделать?
— Сделай так, чтобы Славка меня не бросил.
— Он и так никогда тебя не бросит. Можешь не сомневаться.
— Я хочу, чтобы ты мне пообещала, что он меня не бросит.
Я взяла Марту за уцелевшую руку и прошептала:
— Я обещаю тебе, что мой брат никогда тебя не бросит.
— Спасибо. — Марта улыбнулась и закрыла глаза.
Ровно в восемь часов в палату заглянул Саня. Марта крепко спала.
— Как она? — чуть слышно спросил Саня.
— Как может себя чувствовать совсем еще молодой человек, который совсем недавно потерял руку?
— Намного хуже, чем паршиво.
— Я посадил в коридоре двух ребят, на всякий случай. Славка поехал разбираться по вашему вопросу. Мало ли чего. Лучше, если вы будете под охраной.
— Это правильно. Только вот за Славку душа болит, сил нет. Не случилось бы чего.
— Не случится, не переживай. Славик — товарищ со стажем, разбираться умеет. Как насчет ужина?
— Я еще ни разу не была в новгородских ресторанах.
— Она все равно спит. Ей, наверное, обезболивающее колют. От них глаза сами закрываются.
Я кивнула, и мы пошли к Саниной машине.