Альда страдала из-за брошенной семьи и обиды соседки, но истинную причину своих горьких слез — выявила лишь тайна, касающаяся замужества её младшей сестры. Венец безбрачия стирает границы любых предрассудков и оставляет за собой непреодолимое чувство вины и одиночества....
Похоже, «Венец безбрачия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Именно поэтому легкий сладкий запах выпечки витал в доме по пятницам, когда мама меняла постельное на наших с ней кроватях.
- Матильда, как думаешь, у повара есть ваниль?
- А, как же ж! Госпожа баронесса ажно в столице заказывает и как гости приезжают – всенепременно на стол выпечку с ванилью подают.
Оставлять платье в прачечной я не рискнула, и мы вдвоём со служанкой двинулись на кухню.
Тётка Гризелда, о которой мне во время болезни рассказывала Альда, оказалась пожилой, одышливой и очень полной женщиной.
- Тётушка Гризелда, скажите, у нас осталась ваниль?
- Полбанки ещё стручков. Я госпоже баронесса докладывала, что перец почти кончился и чёрный, и белый, имбиря нет, от корицы – одна шепотка на дне. А ваниль как прошлый раз завезли – так гостей-то больше и не было. Сколь прибавилось – столько и стоит.
- Вот и прекрасно. Пожалуйста, сделай мне полкружки крепкого отвара.
- Из ванили? – с удивлением уточнила повариха. И не удержавшись спросила: - Это зачем же вам, госпожа Софи, этакое понадобилось?"
"- Понадобилось, – кратко ответила я. – Нужно немного, главное – чтобы был крепкий.
Глава 10
Матильда ушла, и я осталась в подвальной комнате, куда залетал через окно под потолком ледяной уличный ветер. Здесь было страшно и неуютно, а пламя свечи плясало так, что я побоялась остаться совсем уж у в темноте.
Сейчас оно валялось небрежной кучкой рядом с деревянными шайками. Главное, как понимала я, ни в коем случае нельзя брать горячую воду, а делать все нужно максимально быстро, чтобы не вымывалась краска из ткани. Пристроив свечу на настенную полочку, я натаскала холодной воды во все три шайки, добавила по паре ковшиков тёплой, стоявшей у печи, и получила воду комнатной температуры.
В первую шайку я добавила сероватую слизь, пахнущую хозяйственным мылом. Целых два горшка этого месива стояло на полу и жалеть я не стала – влила щедро и слегка вспенила. Во вторую шайку я не добавляла ничего, в третью выплеснула процеженный отвар ванили и с удовольствием вдохнула знакомый сладковатый запах. Он успокаивал и даже как-то подбадривал меня, напоминая дом, маму, и свежее постельное белье.
