Автор
В мире межпланетной эмиграции женщина оказывается совсем одна в захолустном городе, где гудит техника и цитрусовые ароматы напоминают о далеких космических коридорах. Ее багаж - только самое необходимое, а выживание кажется невероятно трудным задачей в условиях нищеты и отсутствия друзей. Каждый шаг — серьезное рискованное предприятие в мире безжалостных чужаков....
- Я только что вспомнил, что обещал зайти к другу, - Иолар взлохматил волосы. Резко встал, вышел. Я не сразу поняла, что он ушёл из квартиры, просто была не в силах отвести взгляд от глаз Аргуса, в которых ярко горело золото.
- Ты отлично выглядишь, - произнёс Аргус так, словно слова давались ему с трудом. – Позволишь?
Я кивнула, ещё не представляя, что именно позволяю.
Аргус подошёл вплотную, опустился на колени, уткнулся носом мне в шею. Он снова меня нюхал, будто я его воздух, будто без этого невозможно жить.
Дыхание щекотало кожу, а его руки робко прошлись по коленям, талии, поднялись до груди, чуть сжали. Аргус глухо застонал, потянул ворот кофты вниз, оголяя плечо и дальше, и стал спускаться поцелуями вслед за тканью.
Моё дыхание сбилось. Губы Аргуса обжигали, хотелось податься навстречу, снять с него рубашку, почувствовать под ладонями сильные мышцы. Я запустила пальцы в его волосы, чуть наклонилась вперёд, и задела локтем стол. Сразу вспомнилось ощущение постороннего присутствия, когда мы с Иоларом занимались любовью в гостиной.
- Не здесь, стой, - остановила я Аргуса.
- Почему? – прохрипел он, поднимая на меня затуманенный страстью взгляд.
- Нас могут увидеть.
Я только охнула, когда Аргус резко поднялся и подхватил меня на руки.
- А твоя нога…
- В полном порядке, - недовольно ответил муж, за три шага преодолевая расстояние до спальни.
За окном снова играла венерианская гроза. По комнате плясали блики, превращая всё в театр теней.
Аргус поставил меня на ноги, и тут же, не отпуская, поцеловал.
Когда стало не хватать дыхания, Аргус отстранился. Опустился на колени и стал медленно раздевать, проводя ладонями там, где только что была одежда, целуя каждый сантиметр кожи. Когда он накрыл губами вершинку груди, я выгнулась навстречу. Молния высветила наши тени на стене, казалось, будто там мужчина молится на женщину с распущенными волосами.
Поцелуи стали опускаться ниже, Аргус провёл пальцем по нижним складочкам между ног, и я поняла, что не смогу остаться на ногах, просто не устою.
Я опустилась на колени рядом с ним, потянула рубашку наверх. Аргус поднял руки, а когда рубашка застряла, помог её снять. В неверном свете молний Аргус выглядел древним богом. Я провела по его плечам, груди, животу. Мышцы казались каменными, кожа следом за моими руками покрывалась мурашками.
Теперь я его целовала. Аргус вздрагивал от моих ласк, дышал так, словно пробежал марафон.
