Автор
Венерин башмачок — это драматический роман о женщине, решившейся на невозможное: поехать в опасный поход вместо мужа, который не смог уйти из-за болезни. Сюжет полон тайных откровений и неожиданных решений, создавая атмосферу напряженности и страха, приправленную теплыми человеческими отношениями и любовью....
Вода давно выкипела, одна бигудина треснула, кафель был заляпан воском. Андрей почувствовал, как внутри его тоже-что-то закипает, и попытался изменить точку зрения на проблему. Найти в ней что-нибудь смешное. Ну действительно — разве не смешно: молодой ученый, аспирант, приходит домой поужинать, а на кухне скачут бигуди! Как ни крутил Андрей точку зрения, веселее не становилось. И есть хотелось все больше. Он открыл холодильник и пошарил в нем. Кроме обещанных двух сосисок, там действительно ничего стоящего не оказалось.
Андрей держал тарелку в руках, когда в комнате взвизгнула Кристина. Она заорала самым истошным голосом Он, выставив вперед тарелку, помчался на крик.
— Андрюшка! Лиза звонит из Африки! Скорей! Андрей завернул из коридора в комнату. Собственно, руки его уже были в комнате, а сам он все еще оставался в коридоре, потому что запнулся обо что-то и заскользил на линолеуме.
— У нас все хорошо! — весело докладывала Кристина, стоя посреди кромешного бардака в одних прозрачных трусиках и маечке-тельняшке. — Только жарко очень. Ой! — Кристина забросила брови под челку. — Что я про жару-то? У тебя там вообще — Африка!
Андрей запутался ногами в расставленных ловушках Кристининых босоножек и упал-таки, подбросив сосиски, вымазанные кетчупом, прямо на гору свежего белья.
— Андрюшка! — заорала Кристина, видя, как сосиски скатываются с горы белья, оставляя за собой следы кетчупа.
Андрей выхватил у нее из рук трубку и прижался к ней щекой.
— Лиза? Ты плачешь?
Ему показалось, что там, в трубке, раздался явный всхлип. Явный-явный.
— Ты скучаешь, — догадался он и добавил: — И мы все тут по тебе соскучились. Как ты себя чувствуешь?
Лиза была беременна, и Андрей много раз слышал, что у беременных такое изменчивое настроение, что им надо угождать и все такое. Лиза звонила часто, но в таком состоянии он слышал ее впервые. Вообще Лизка не была плаксой или нытиком.
— Вы с Умару поссорились?
— Да, — всхлипнула Лиза.
Андрей почувствовал, что дело серьезное. Из-за пустячной ссоры Лизка не станет лить слезы в жилетку брату, находящемуся на другой половине земного шара. Не такая у него сестра. Лизка — не Кристина.
Кристина стояла возле горы белья, которую его мать перестирала еще в субботу, и доедала сосиску.
— Лиза, ты же знаешь, я никому ничего не скажу.
