Иван Павлович! Ты прекрасно знаешь, как Николетта отреагирует на хамскую попытку сына оправдаться. Сейчас она огласит список твоих грехов от Адама до нынешнего дня.
Николетта азартно воскликнула:
— Прекрасно! «Ничего дурного не делаю»! Браво! Вава! Ты обзавелся односторонним склерозом. Не помнишь ничего плохого, что делал? Кто первого сентября, когда все дети в полном восторге на линейке кричали: «Ура! Мы теперь школьники», громко сказал: «Хочу домой, там осталась непрочитанная книга про королевство кошек». Да надо мной другие родители потом потешались! Я из-за в высшей степени неуместного замечания сына не смела в школе десять лет появляться.
Мне стало смешно. Николетта обладает уникальной способностью оправдывать себя, обвиняя другого человека в том, что она сделала или не сделала. Да, маменька не посетила ни одного родительского собрания или праздника. Кстати, в первый класс она меня не провожала, на линейке, о которой она вспоминала, не присутствовала. Меня сопровождала Таисия, наша домработница, она же потом и сообщила со смехом:
— Все дети, как дурачки, двинулись в класс с песней. А наш-то почуял, что ничего хорошего в ближайшие десять лет его не ждет, решил удрать, объявил: «Лучше домой пойду, книжку не дочитал», и дал деру. Еле его у калитки поймала.
И с родителями моих одноклассников Николетта никогда не общалась. Насмехаться над ней никто не мог, потому что о нежелании новоиспеченного школьника сидеть за партой все мигом забыли. К юдоли знаний Николетта не приближалась по другой причине. Уроки начинались в восемь. Встать в шесть тридцать, чтобы приготовить ребенку завтрак, а потом тащить его, сонного, за очередной порцией знаний, у маменьки не получалось, она не просыпалась раньше полудня. Родительские собрания назначались на шесть-семь вечера. А в это время положено сидеть в парикмахерской, чтобы сделать прическу для похода на очередное суаре. Иногда мой отец говорил жене:
— Загляни хоть разок к классной руководительнице, а то в школе тебя никогда не видели.
— Там тьма непуганых училок, твоих поклонниц, им хочется к писателю прижаться, — тут же отбивала мяч на территорию противника супруга, — мне просто стыдно там показываться из-за идиотского поведения семилетнего Вавы первого сентября.
Обычно я молча воспринимаю заявления Николетты о моем ужасном поведении и его последствиях для здоровья и светской жизни матушки.