Бумага слегка покоробилась и пожелтела, а по краям проступал клей, слегка свернувшись в мелкие кристаллики, которые уже крошились, оставляя белые рыхловатые пятнышки.
На фотографии было запечатлено десятка два застреленных зэков-беглецов, которые лежали нестройным рядком, а неподалеку, собравшись в круг, стояли несколько солдат НКВД. Странно, что подобный снимок сохранился, обычно такие вещи уничтожались в первую очередь.
Фотография невольно приковывала взгляд. Никита рассматривал лица офицеров и солдат НКВД, которых уже давно не было в живых. Заснятые врасплох, они выглядели раскрепощенными, даже улыбались, что никак не вязалось с двумя десятками покойников, лежавших от них всего лишь в нескольких шагах на примятой траве.
Никита продолжал смотреть на фотографию. Что-то в ней было не так. Точнее, невольно возникало ощущение, что ему уже приходилось бывать в этой местности, вот только он никак не мог вспомнить, когда он бывал там и где это место. А может, это неподалеку от их поселка? Нет, рельеф немного другой, тут небольшой склон, а в Изумрудном местность иная.
А это что за неясный предмет в углу снимка? Присмотревшись, Никита заметил нечеткий полукруг. Так оно и есть! Это самая обыкновенная тачка, на каких заключенные обычно перевозят породу. Неизвестный фотограф, сделавший этот снимок, оставил в углу орудие труда заключенных, поместив в центр наиболее важную часть кадра — два десятка трупов. Скорее всего, снимок был сделан для очередного отчета о том, что работа проведена в точности с полученными инструкциями.
Значит, где-то поблизости должен находиться рудник. Сейчас, возможно, уже забытый. Вход в штольню, как правило, засыпают, а отвалы быстро зарастают, и отыскать их бывает очень непросто.
На отдельном листочке в мелкую клетку все тем же старательным почерком прилежного ученика была написана докладная о том, что в случившемся бунте заключенных виноват начальник лагеря, не сумевший предотвратить надвигающуюся смуту. И если судить по содержанию докладной, то полковника Лаврова, не долго думая, отправили в соседний лагерь добывать платину.
А это что еще за документ? Зиновьев взял листок бумаги и удивленно прочитал: «Золотой самородок весом в пятьдесят девять граммов…» Ого! «Изумруд весом в пятьсот двадцать три грамма…» Получается, что кристалл изумруда был величиной почти с человеческую голову. Вещь уникальная, такой кристалл даже пилить жалко.
