Хоук даже сделал вид, что закрыл глаза, но Криста заметила, что время от времени он все же открывает их, наблюдая за ее усилиями.
— Дальше на этом направлении камни, — не удержался он наконец за секунду до того, когда Криста углядела круги на воде, обозначающие опасность.
Она легко обошла это место и продолжала вести судно на север вдоль берега, который был изрезан заливами и фиордами, куда меньшими, чем в Уэстфолде, но такими же красивыми. Густые лесные заросли спускались почти к самой воде, хотя там и сям были просеки, свидетельствующие о том, что места эти обитаемы. Криста подумала о том, насколько этот приветливый край не похож на дикий, суровый Уэстфолд, и вдруг впервые сообразила, что не может припомнить, когда в последний раз возвращалась мыслями к родному дому.
— Что вас огорчает? — вдруг услышала она вопрос Хоука. Вернувшись к реальности, Криста удивленно посмотрела на него.
— Ничего. Я просто думала, насколько эти края отличаются от Уэстфолда.
Хоук помолчал, как бы размышляя, не стоит ли сменить тему разговора, но все же продолжил:
— Я имею в виду не сию минуту, а несколько последних дней. После того как уехал Дракон, что-то вас огорчило и сделало несчастной.
Криста не понимала, какую он мог найти связь между отъездом Дракона и ее огорчением, и не находила что сказать.
— Вы тоскуете но дому? — спросил Хоук. — Приезд Дракона напомнил вам о покинутом доме?
— Нет! Честное слово, я об этом и не думала. Я вовсе не тоскую по родной земле.
Лорд глубоко вздохнул и запустил пальцы в густые кудри. Криста была так увлечена игрой солнечных лучей на воде, что едва не пропустила мимо ушей следующие слова:
— Значит, вас огорчает наша помолвка?..
Девушка покачала головой. Ей был неясен ход мыслей Хоука — скорее всего потому, что ее Слишком поражало само его внимание к ее чувствам. И то, что он пришел к совершенно ложному выводу, увеличивало ее смятение.
— Меня не огорчает наша помолвка. Я считала, что это вы о ней сожалеете.
Теперь настал черед Хоука изумляться.
— Я? Как вы могли додуматься до такого?
Криста опустила глаза. Лорд заметил, что щеки у нес побагровели. Он глянул на тонкие руки, держащие румпель, и увидел, как побелели костяшки ее пальцев.
И тут он вспомнил. Пробуждение в бурную ночь… Криста рядом с ним в постели… Он ясно видел се, несмотря на темноту, Видел потому, что жаровня теплилась у постели Жаровня, которая не была зажжена, когда он входил в комнату.
Понимаю, — протянул он. — Я прошу у вас прощения. Я не должен был поступать так, как поступил.
Криста смотрела на Хоука так, словно он говорил на непонятном языке.
— Мы с вами имеем в виду одно и то же? Ночью во время бури…
— Я делил с вами ложе. Но я не причинил вам зла, и если вы тогда испугались или обиделись, я от всей души сожалею.