Прости, я не хотел загружать твою память непривычными для русского человека названиями, но это – основные вехи, достаточно пройти по ним однажды, чтобы, как я уже говорил, без труда понять географию этой части города.
– Первое, чего я не понимаю в географии Будапешта, – неожиданно ответила Верка, – так это почему вокзал называется Западным, если на него приходят поезда с востока?
– Более того, – ответил с улыбкой Антал, – с этого вокзала поезда следуют и в северном направлении! Но так уж сложилось исторически, когда сеть железных дорог была ограниченной, а железнодорожных мостов через Дунай вовсе не существовало. Вот и приходилось поездам, идущим на запад, делать большую петлю, то есть следовать через этот вокзал. Однако я встречал тебя на Восточном вокзале!
– Теперь все ясно! Можно идти.
И они пошли. Верке показалось, будто она погрузилась в великолепный каменный грот с мигающими со всех сторон неоновыми огнями, которые высвечивали причудливые фасады домов, статуи одиноких людей и всадников, фигуры многочисленных прохожих, уютные навесы кафе, крутые ступени на мостовой, островерхие башни замков и широкие окна магазинов. От ее внимательного взора не ускользнуло, что витрины магазинов выглядели куда изобильнее наших и казались более раскрепощенными. Сверху лилась джазовая музыка, издалека доносилась знакомая песня Ива Монтана, где-то звучала скрипка. Воздух был насыщен ароматом свежемолотого кофе и засыхающих осенних цветов. Душа гостьи ликовала, а сердце трепетало то ли от прикосновения горячей руки Антала, то ли от нахлынувшего потока впечатлений. Верка не потеряла нить времени, но оно летело в унисон стремительно меняющимся пейзажам и улицам, хотя шли они медленно и Антал часто останавливался, много рассказывал и пояснял. И вот в этой несущейся красочной лавине Дунай появился совершенно неожиданно, в виде высокой каменной набережной. Почему-то Верка представляла себе берег реки песчаным пляжем, к которому ведет пологая лесенка, а он оказался составляющей частью городской архитектуры. Облокотившись на прохладные железные перила, венчавшие набережную, она уловила приятный запах реки. Судя по плеску волн и прыгающим в них отблескам фонарей, течение в реке было сильным, хотя вода виднелась глубоко и русло вряд ли было заполнено до максимальных отметок. Правый берег отстоял сравнительно недалеко, и Верка подумала, что вода сильно скрадывает расстояние, так как знала, что Дунай в районе Венгрии является широким и полноводным.
– Справа виден остров Маргит, – пояснил Антал, – там находится наш самый знаменитый парк.
– А через какой парк мы прошли только что? – спросила Верка.
– Иштван. Будапешт – это непрерывная цепь зеленых насаждений.
– Да.