Поэтому, если дело не терпит отлагательств, на птицу накладывают специальные чары, позволяющие ей без устали мчаться к цели даже в кромешной мгле.
Мы отошли в сторонку, я быстро сотворила нужное заклинание, вернула купцу голубя и больше для поддержания разговора поинтересовалась:
— Неужели в таком большом селе нет телепатофона? Или это настолько секретные сведения?
— Да какие там секреты! — со смешком махнул рукой купец. — Помощник мой завтра утром с обозом в Витяг отбывать собирался, а я уже здесь двадцать связок лисьих шкурок по дешевке прикупил, так пусть не едет. Телепатией-то оно и впрямь быстрее да надежнее вышло бы, да нынче запрет на ней, вот и выкручиваемся как можем.
— Какой запрет? Чей? — уже на самом деле удивилась я.
— Да ваш же, — охотно сообщил болтливый мужик. — Магиков из Ковена. Мол, какое-то жуткое колдовство у них через это дело приключилось — кто разума лишился, а кто и на месте помер, даже пикнуть не успел. В Камнедержце, сказывают, вообще ни одного телепата не осталось. Так покуда старминские маги не разберутся, кто, что да откуда, шоб никаких депеш. Они-то там разбираются, а у меня торговля простаивает! Не могу же я ежедневно по десятку голубей рассылать, да еще гадай потом: долетят — не долетят… одни убытки от вашей братии!
Мужик шутливо подмигнул, протягивая мне обещанную серебрушку. Я машинально стиснула монету в кулаке, тут же о ней забыв.
— Когда это случилось?!
— Да уж больше двух недель минуло. — Купец подбросил голубя в воздух, отряхнул руки и невозмутимо добавил: — Ну да нет худа без добра. Столичные власти о том молчат, а людишки все одно шепчутся — в долине вампирьей, Догеве богопротивной, тоже убыток. На следующий же день королевских послов оттуда со свистом погнали — мол, не до вас сейчас, своих проблем хватает. Архимаг старминский самолично к упырям на поклон ходил — не иначе как заверять, что Ковен ихний тута ни при чем, — и того не пустили. Хорошо хоть вообще не заели… а может, и заели — кто ж признается?
— Как туда проехать?! — перебила я.
— А вам-то оно зачем? — опешил мужик.
— Затем!!! — рявкнула я, и струхнувший купец зачастил:
— Ну, есть Заборищенский тракт, что напротив Герина в Витягский переходит. Верст десять по нему проедете и на второй развилке на Упырий свернете. Там дорога хорошая, наезженная, А есть короткая дорога, Мракобесьи Овражки. Селяне по ней порой овец гонят да возы тягают. Она хоть среди буераков и петляет, но часов шесть точно выгадаете… эй, госпожа ведьма, куда ж вы?!
Туда, откуда вообще не должна была уезжать.
Только когда кобыла прыгнула, я поняла, что это была саженная яма, а не тень от холма. Огибать ее Смолка поленилась, хотя уже больше часа мчалась сумасшедшим галопом.