Вот если бы я потребовала за этого гхырового козла хотя бы одну серебряную монету, они бы трижды подумали, нужен он им или нет!
— Да, — медленно ответила я и, с многозначительным прищуром глядя на мужика, добавила: — Мне сегодня просто удивительно везет на козлов!
Тот мигом стер с лица ехидную улыбку и, смущенно кашлянув, поспешил вернуться за стойку.
Но спокойно поесть мне не дали. Не успела я размешать островок сметаны, одиноко дрейфующий среди зеленого лука, петрушки и отчаянно барахтающейся мухи, как краем глаза уловила в полупустой корчме некое оживление и подняла голову.
К моему столу целеустремленно двигалась знакомая троица из общества любителей дохлых козлов: невозмутимый староста — вразвалочку, руки в карманы, кудрявый детина типа «сажень косая, стоеросовая» и одноногий белобрысый тип в кольчуге сотника, но без легионерской бляхи. Дошли, выстроились в рядочек и, потолкав друг друга локтями, предоставили слово старосте.
— Госпожа ведьма! — Мужик подумал и стянул шапку. — Мы того… спасибо вам хотели сказать. Не всякий свояк нам бы так-то охотно и бескорыстно подсобил, а вы, человек пришлый, не погнушались. И это при том, что сами до того бледная, худая да устамшая, что прям сердце от жалости разрывается!
— Вот мы и хотели вам предложить, — староста, воодушевленный моим одобрительным хмыканьем, снова нахлобучил шапку и присел на соседний стул, — пожили бы вы у нас в селе с недельку, развеялись: в лес там за ягодами сходили, позагорали, на рыбалку сплавали — я как раз лодочку наново законопатил, пользуйтесь когда хотите, мне не жалко. А столоваться здесь можете, я корчмарю словечко замолвлю, чтобы вам как завсегдатаю считал.
«А почему бы и нет? — подумала я, воспрянув духом. Места здесь живописные, погода отличная, а рыбалку я с детства люблю. И люди такие милые, отзывчивые — надо же, как о совершенно незнакомой женщине, да еще ведьме, заботятся!»
— У нас тута и остров посередке реки имеется, — продолжал соблазнять староста, — а на ем скит разрушенный. Сказывают, там раньше дайны жили, которые от мирских сует в отшельники подались. Кто навсегда, а кто так, на недельку передохнуть и с новыми силами в те суеты окунуться. Молились помаленьку, рыбку ловили, огородик свой вели, боевые искусства изучали, шоб, значится, не только кадилом на бесовское отродье помахать, но и руками-ногами для верности добавить. Ну и людишек местных, ежели что, отпевали там, венчали али исповедовали.
