Верная гончая - это роман о редком человеческом тепле и преданности в мире чуждом. Женщина не испытывает традиционных чувств к своему новому хозяину, но беспрекословное уважение и верность — такова ее дань его благородному существованию. Атмосфера книги заплетается из белых лепнины и ароматов цветов, в которой каждый предмет напоминает о безграничной преданности сердца главной героини....
Это не моя фантазия! Этот цирк происходит на самом деле, а виной тому Двэйн, ну и моя доверчивая натура. Кто? Вот кто меня просил принимать подарок, тем более такой необычный, от незнакомого человека?
Нет, не так… Приняла – ещё пол беды, но зачем решила примерить?!
Хотя… В тот день у меня всё было не так. Слишком много глупых поступков, они должны были непременно найти на мою самую выдающуюся часть тела незабываемые приключения, что в общем-то и случилось!
– Таша, меня ждут! Ты выбрала не самое подходящее время для баловства! – поводок, который я вырвала из рук, Ранделл цепко ухватил с земли и потянул меня в сторону.
Ворчание мужчины, будто жужжание мухи, раздражало, мешало собраться с мыслями и определиться с тем, что делать дальше. Ошейник! Всему виной ошейник! И если я сниму его, то верну человеческое тело, и даже, возможно, окажусь дома.
Остановилась на месте и упёрлась лапами в мощёную дорожку. Никуда я не пойду, мне надо ошейник снять, а не на поводке разгуливать!
Мужчина, споткнулся на месте и резко развернулся.
– Вперёд! – он процедил всего одно лишь слово, но таким голосом.
Я хотела проявить характер, точно хотела, в конце концов, пусть в теле собаки, но всё же разум у меня человеческий, вот только столкнувшись со странным вспыхнувшим взглядом, перечить расхотелось. Мне доводилось видеть, как ясные голубые глаза темнели, выдавая злость обладателя, но чтобы вдруг стали светло-фиолетовыми, с отчётливо светящейся радужкой… Это перебор для нормального человека! Такого не может быть!
«Как, собственно, и тебя в собачьем теле!» – тут же отозвался трезвомыслящий внутренний голос.
– Таш-ш-ша! Рядом! – проворчал Ранделл и вновь развернулся, чтобы продолжить путь.
Всерьёз опасаясь за сохранность собственной шкуры, медленно побрела за ним. Не хочется проверять как долго он готов терпеть мои выходки."
"Мне шутника неформальной внешности найти! Я бы его! Я бы ему! Даже не побрезговала и укусила бы! Это что за чертовщина! Чтобы человека, в собачью шкуру, без права голоса, да с непонятными намерениями! Что за издевательства! Ведь это совсем не смешно! Ни капельки! Ни чуточки!
Дыхание сбилось, и ужас, самый настоящий, всепоглощающий родился где-то в глубине души и вознамерился захватить меня в плен, где правит балом беспросветная бездна отчаянья.
