Верная гончая - это роман о редком человеческом тепле и преданности в мире чуждом. Женщина не испытывает традиционных чувств к своему новому хозяину, но беспрекословное уважение и верность — такова ее дань его благородному существованию. Атмосфера книги заплетается из белых лепнины и ароматов цветов, в которой каждый предмет напоминает о безграничной преданности сердца главной героини....
Квор от удивления подскочил на месте и взмахнул руками:
– Шутишь? Этого не может быть!"
"Король скривил губы в усмешке и едко проговорил:
– Я похож на шута?
Блондин передёрнул плечами и сконфуженно пролепетал:
– Нет, но… Камень – легенда! Ты уверен, что это именно его осколок?
Кажется, кому-то сейчас укажут его место под лавкой!
– Квор, я не буду ничего доказывать, можешь сам убедиться, – Лерой поднялся со своего места и подошёл к одной из картин на стене.
Вот где чудеса техники. Никаких тебе кнопочек и шифров, только взмах руки, искрящийся маленькими молниями воздух и в руках величества оказался фиолетовый ларец.
Мягкое сияние витало вокруг крышки, а когда мужчина поставил его на стол и открыл, я почувствовала, будто кто-то клещами вцепился в моё сердце и рванул его из груди. Вой и стон смешались воедино, а здравой мыслью, которая отчётливо билась в голове, было: «Садисты-испытатели!»
Кажется, кто-то оказался рядом, поглаживая по голове, а кто-то шептал странные фразы, и только спустя, как мне показалось, вечность, разрывающая на части боль утихла, и я подняла мутный взгляд на Ранделла, который сидел рядом со мной.
– Теперь ты не сомневаешься, Квор? – едко поинтересовался Лерой и, сменив тон, прошептал: – Извини, Таша, пришлось испытывать на тебе.
Укушу, обязательно укушу, вот только станет немного легче.
– Животные ярче чувствуют губительное влияние камня, в то время как из человека он может тянуть жизненные силы несколько месяцев, постепенно ослабляя организм и подводя жертву к черте загробного мира, – будто для меня пояснил Ранделл, и я благодарно ткнулась мордой ему в руку.
Слушай, хозяин, забери меня отсюда, я даже из миски на полу готова есть, лишь бы больше никаких опытов. А то сначала «переход» этот, теперь испытание как над лабораторной мышью!
Мужчина ласково провел рукой, начиная с моей головы и заканчивая спиной. Только сейчас заметила, что рядом со мной сидит и блондин. А ему чего надо? Опять экспериментировать будет? На всякий случай зарычала, глухо, едва слышно, но всё равно, хоть как-то надо обозначить, что я за свою шкуру готова побороться?!
– Вот это благодарность! – искренне возмутился Квор.
Кажется, с перестраховкой я перестаралась.
– Она защищается, – насмешливо объяснил Ранделл и поднялся на ноги. – Я так понимаю, камень не первый день лежит в кабинете?
Мужчины вернулись к столу, а я продолжила лежать на месте.
