В ту ночь я раз за разом порывался тебя похитить, но Линет всегда оказывалась на пути, чтобы остановить.
Кристав сдавил лицо руками, снова переживая тот ужасный момент.
— Я все же нашел в себе силы принять правильное решение, но далось мне это чудовищно тяжело. Еще никогда зверь во мне не был так силен и так близок к полному захвату контроля, я просто был сам не свой. Те чувства, та сжигающая дотла одержимость — это был не я, а кто-то другой. Чудовище.
Всем сердцем сопереживая парню, истязающему себя за то, над чем был даже не властен, я невольно потянулась к нему рукой. Но передумала, боясь сбить его настрой.
И… немножечко побаиваясь его самого. Человек в нем, очевидно, был воспитанным и хорошим. Но как отреагирует его зверь?
— Я уехал, подчинившись совету сестры, но думать с тех пор мог только об одном. Вожака и его магии больше не существовало — вся власть перешла к тебе. Ну, может, не вся… но сопротивляться стало значительно легче…
Я замерла, когда Кристав вслепую нашарил мою лежавшую без движения ладонь и страстно сжал ее, заставив все волоски на моем теле подняться дыбом.
Подавленная его признанием, но еще сильнее — отчаянием в голосе и движении, я слушала дальше в пограничном состоянии. Застигнутая врасплох своими ответными чувствами, я не могла ни анализировать, ни даже дышать. Только впитывать его жар. Его потребность.
— Это стало моей целью — вернуться к тебе, — шептал парень, словно молитву. — Снова стать равным. Достойным. И безопасным. Но как это осуществить?
Его рука напряглась, и пальцы разжались, выпуская меня из плена, чему я не слишком-то обрадовалась. Мне нравилось видеть, что парень так нуждается во мне.
— Белтран заметил во мне перемены очень быстро. Ему почти четыреста лет, и опыта хватило догадаться, с чем связано мое неподчинение. Конечно же, виновата всегда женщина!
Крис все еще не смотрел на меня, поэтому не видел, как я закатила глаза.
— Я не отрицал. Но признавал, что возвращаться мне нельзя. Я был зверем большую часть времени, потому что постоянно находился на взводе — вожак держал всех в тонусе, никому не позволял расслабляться. Ему нужны были сильные, агрессивные бойцы, а не витающие в облаках дурни.
Крис хмыкнул досадливо и, наконец, распахнул глаза, задумчиво изучая потолок."
"— Но разве запреты когда-нибудь кого-нибудь останавливали? — ухмыльнулся он криво. — Я слушал наказы, всецело соглашался с вескими аргументами сестры, сам понимал, что не готов и еще долго не буду готов даже просто поговорить с тобой. И тщательно скрывал свои намерения. Но моя одержимость с каждым днем становилась все тяжелее, пока окончательно не перевесила здравый смысл. Недели через две я уже мчался в Бепре, наплевав на последствия…
Глава 41.