Верни меня к жизни, волк — это дьявольская атмосфера и горячий сюжет о перевоплощении. В одной взрывной секунде герой теряет контроль над собой, растворяясь в страшном желании. Открывшись безбашенной мечты наслаждения, она погружается в безудержное стремление, лишая себя устоев и уважения к себе....
Я же не хотела причинять другу боль.
— Почему мне нельзя с ним поговорить? — от волнения я прикрыла щеки руками, тщетно пытаясь остудить их жар.
— Что, Флоранс, простой и надежный парень вроде меня тебя не устраивает? Красивую тачку увидела и прости-прощай, Халле?..
Я оторопела от столь несправедливого обвинения и покраснела от стыда — Халле заметил мой интерес и трактовал его совершенно правильно.
— Уверена, кроме денег есть что-то еще, — возразила я, не желая верить, что клюнула лишь на смазливую внешность, и уж тем более на дорогую машину, это было бы слишком примитивно.
— Фло, ты получила возможность начать жизнь с чистого листа, судьба дала тебе второй шанс неспроста, неужели так трудно принять его? — сердитый тон друга вновь пронизало обвинение. — Неужели ты хочешь потратить его бездарно, совершая одни и те же ошибки дважды?!
— Значит, мы все же были с ним знакомы раньше? — не удержавшись, озвучила я вопрос, один из многих, роившихся в голове.
— Видимо, недостаточно хорошо, — огрызнулся Эрлинг.
— Что неправильного в том, чтобы по-человечески поздороваться и поблагодарить за помощь? — я с трудом принудила себя отвернуться от притягательного лица, отметив и колоссальную концентрацию мужчины, и яркий огонь глаз, ломая голову над утраченным прошлым и ускользающим образом красивого парня, затмившего все остальное в сознании.
— Поверь, так будет лучше для тебя, — мрачно пробормотал мой друг.
Когда Халле устроил меня на сидении, я снова бросила взгляд на таинственного спасителя, почувствовав, как сердце подскакивает к горлу от его мужественной и темной красоты.
Новая волна опустошения омрачила мысли: я не могла вспомнить обстоятельств, которые нас познакомили, придумать причину, разделившую нас так непримиримо, и объяснить тягу, заразившую каждую мою клетку болезненной потребностью столь быстро и неотвратимо.
Был ли он тем самым парнем, с которым я ходила на свидание одновременно с Халле?
Какое имеет отношение к Линет, с которой схожи его глаза и обжигающие прикосновения, объясненные подругой как «да это просто нарушение терморегуляции, Флоранс, я уже говорила, что нам пришлось уехать по вопросу здоровья».
И почему так трудно вспомнить, где же я его встречала раньше?
Может он — тот самый первый знак, свидетельствующий о начале восстановления памяти. Но не получалось яснее разглядеть картину.
