Автор
Максим пытается вспомнить, что произошло после дня рождения жены, но ничего не выходит из-за сумятицы в голове и алкогольного бреда. Только черты лица Ани и тонкие стрелки ее волос под одеялом напоминают ему об этом вечеринке.
Прижимаю трясущиеся пальцы к вискам, зажмуриваю глаза, желая только одного: проснуться.
Глава 37
Денис
Эля застыла, словно не живая. Ее лицо белое, подбородок дрожит."
"— Я тебе сейчас всю объясню, — произносит она надломленным голосом, делает шаг ко мне.
— Не стоит! — Я вскидываю руку, призывая ее находиться подальше от меня.
Перевожу взгляд на регистратора, которая молча наблюдает за нами, прижимая к груди большую красную папку.
— Все, что вы только что видели и слышали не должно выйти дальше дверей этого зала, — обращаюсь я к девушке.
Достаю из кармана конверт, протягиваю ей.
— Оставьте нас, пожалуйста. И скажите гостям, что жениху и невесте понадобилось время, чтобы кое-что обдумать.
Девушка робко берет конверт, сует его в папку, переводит взгляд на маленькую шелковую подушку, на которой лежат наши кольца и, наклонившись ко мне, шепчет:
— Свадьба отменяется, я правильно понимаю?
— Да, — решительно киваю я и доходчиво добавляю: — По о-бо-юдному желанию жениха и невесты.
— Я поняла, Денис Алексеевич, — покорно склоняет голову девушка.
Она с жалостью смотрит на Элю, забирает со стола какие-то бумаги и быстро цокает к двери на высоких каблуках.
Через секунду из холла слышатся радостные крики, свист, аплодисменты, в зал заглядывает счастливое лицо Захарова. Регистратор закрывает двери и снаружи резко воцаряется тишина.
— Еще никогда в жизни я так не промахивался, — говорю я, пристально глядя на Элю. — Идиот… Думал, что хорошо разбираюсь в людях.
— Денис, я…
— Избавь меня от объяснений. Они тебе уже не помогут, — грубо перебиваю ее. — Я даю тебе выбор: выйти из этого зала брошенной невестой и дать всем повод для дурных сплетен, или выйти со мной и объявить гостям, что в последний момент мы оба передумали. А потом Богдан отвезет тебя в мой дом, ты соберешь свои вещи и сделаешь так, чтобы я больше никогда тебя не видел.
Эля прерывисто выдыхает, по ее щекам катятся слезы.
— Денис, ты не можешь так со мной поступить. Милый, я… я же не переживу этого, понимаешь? — отчаянно всхлипывает она.
— Переживешь, — равнодушно усмехаюсь я. — Выпей чай с корицей, чтобы успокоиться. Ты же его так любишь, — показываю кавычки я и, щуря глаза, выгибаю бровь. — Или отвлекись книгами. Перечитай Эрика Берна, например.
Я внимательно слежу за реакцией Эли. Ее взгляд лихорадочно перемещается по всем предметам в зале, она быстро теребит подол платья.
— Вспомнила нашу первую встречу? — уточняю я.
