Автор
Максим пытается вспомнить, что произошло после дня рождения жены, но ничего не выходит из-за сумятицы в голове и алкогольного бреда. Только черты лица Ани и тонкие стрелки ее волос под одеялом напоминают ему об этом вечеринке.
— Да что же она за человек такой? Она же… она же перевернула весь дом! Испортила мебель, посуду, стен…
Я резко замолкаю и застывшим взглядом смотрю на миску с молоком.
«Мяу», — слышится откуда-то со стороны детской кроватки, отчего в моих жилах леденеет кровь.
Обернувшись, вижу как Даня, улыбаясь во все лицо, бежит к кроватке.
— Стой! — кричу я.
Подлетаю к нему, хватаю на руки и с бешеным стуком в груди смотрю на здоровенного пушистого кота, трущегося о бортики кроватки.
Глава 42
Денис
— …Как улетела? — кричу я в трубку.
— Увы, Денис Алексеевич, — с сожалением отвечает Богдан. — Сегодня вылетела в Болонью первым рейсом.
Я со злостью швыряю телефон на офисный диван, упираю ладони в стол.
Перед глазами стоит надпись, выведенная во всю стену красным маркером:
«Получай, тварь!»
Она пошла не против меня, не против Ани — она замахнулась на моего сына. И за это я сотру ее в пыль. Плевать сколько километров нас разделяет — я достану ее из-под земли и заставлю ответить за это.
Мне пришлось отвезти Аню с сыном на мою старую квартиру в центре Москвы, а в доме сейчас орудуют сотрудники клининговой компании. Я велел им вычистить все до миллиметра, чтобы в доме не осталось ни одного кошачьего волоса.
Эксклюзивная мебель, посуда, которая стоит бешеных денег, дорогие вазы, техника — это еще можно было бы простить, но… эта дрянь подписала себе приговор, в тот момент, когда приволокла в дом кота.
Зная, что у моего сына страшная аллергия, она, плюнув на его здоровье, подложила ему «свинью».
— Надо же так низко упасть… — выпрямляясь, говорю я, и, сунув руки в карманы брюк, несколько минут молча смотрю в окно своего кабинета.
Меня посещают разные идеи, бредовые, а порой и вовсе безумные, которые точно могут повлечь за собой неприятные последствия.
Как бы я сейчас не кипел от злости, мне все же приходится прийти к неоспоримому выводу: к этому делу я должен подойти с холодной головой и здравыми мыслями.
Я спускаюсь в ресторан, в котором уже ничего не напоминает о вчерашнем «торжестве», располагаюсь на диване у окна и прошу официантку позвать шеф-повара.
— Добрый день, Денис Алексеевич!
Поворачиваюсь к ней и вскидываю брови.
— Где твоя форма? — строго спрашиваю я.
— Ее испортили… — Жанна мельком смотри на меня, и снова опускает взгляд.
— В смысле? Кто?
— Эля, — вздыхает Жанна. — Портье видел, как ночью она приходила в отель.
